Интернет библиотека для школьников
Украинская литература : Библиотека : Современная литература : Биографии : Критика : Энциклопедия : Народное творчество |
Обучение : Рефераты : Школьные сочинения : Произведения : Краткие пересказы : Контрольные вопросы : Крылатые выражения : Словарь |

Милость Божия - Драматургия

МИЛОСТЬ БОЖИЯ,
УКРАИНУ ВОТ НЕУДОБНОСИЛ1ИХ ОБИД ЛЯДСКИХ ЧРЕЗ БОГДАНА ЗИНОВИЯ ХМЕЛЬНИЦКОГО, ПРЕСЛАВНОГО ВОИСЬК ГЕТМАНА ЗАПОРОЖСКИХ, СВОБОДИВШАЯ, И ДАРОВАННИМИ ОБЪЕМА НАД ЛЯХАМИ ПОБІДАМИ ВОЗВЕЛИЧИВШАЯ, НА НЕЗАБВЕННУЮ ТОЛИКИХ ЕГО ЩЕДРОТ ПАМЯТЬ РЕПРЕЗЕНТОВАННАЯ В ШКОЛАХ КІЄВСЬКИХ 1728 ЛЕТА
       
ДІЙСТВІЄ 1
       
ЯВЛЕНІЄ 1
       
Б о г д а н Х м е л ь н и ц к и й судьбу козацькую оплакуєт
и новиє советы в ум пріємлет.
       
Эгей, славы нашея упадок последний!
Чего в мире живя дождал казак біднийі
Докозаковалися и мы под ляхами...
Честь и славу в нивочто нашу обращают,
Козацькеє потребить имя помишляють.
Сея ли мы вот тебя, ляше, ожидали
Платы, егда верности нашей показали
На земле и на море знаменія многа,
Бодуща тя врагов си сокрушая рога?
Се ли достойная мзда? Сия ли возмездие
За службу нашу? Се ли выгоду наш и інтрата
За неізчислиміє приятіє раны,
По смерти различніє на различной брани,
За толикіє и толь славніє поб
Терпели толикіє, толь тяжкіє беды:
Грабленія, насилия, притеснения, досады,
Узы и прочая, без всякоя отрады?
О, и вспоминать то поистине студно;
А как самим делом нам терпеть не трудно!
Что так безумные єсьми, что так помраченні,
Что спим, аки летаргом которым омраченні?
О жалости мой незносний, больше ли ждать.
Крайней ли погибели еще выглядеть
Будем? Не видим, что сия грядет? Окаянные,
Егда, стеная, молчим, тако поруганні
Сущее. О, нечувствія нашего! Страдать
Кая нужда есть, аще честь за честь воздать
Можем! Татаре, турки и немцы бывали
Не страшны: и ляхи ли ужасные нам стали!
Сверіпіє львы, тигры, вепре победить
Удоб было: вот зайцов ли станем убегать?
Когда сабля при нас есть не совсем пропала
Многоімепитая оная похвала
Наша; доказовала чуждой славы много
Она: студа же с-зоєго не отметить такого
Не отобрали еще ляхи нам остатка:
Жил бог, и не умерла козацкая маткаї
Х о р
Муза и Аполлон грядущую ляхом погибель предвозвіщають,
       
Не видишь, поляче,
Кто на тебя плачет,
Кого обиждаєш;
Кому досаждаєш?
Славу ты сотворших
Поб порождших,
Тщишся погубить,
Славу іспразнити.
Где же услуга тая,
Егда вся благая
Своя оставляли,
Тебе сражались;
Крови не жалели,
Главное щаділи,
Тебя заступая,
Тебя прославляя?
О, что же ожидает,
Кая месть чекаєт,
Как за благое
Воздаєши злоє!
Коль лютое время,
Коль тяжкое бремя,
Пошлет на тя вскоре,
Судяй правду, горе!
Это твоя преділи
Пройдут сквозі стрелы,
Слопце зайдет в облака,
Ударят на тя бури;
Шкуры тебе драть,
Главы будут тереть,
Шеи вытаскивать,
В ярмо закладывать,
По лесам гнать,
По рекам топить,
Из склепов выдирать,
Аж за Вислу гнать.
Придут на тя злая,
Непременно сяя:
Ибо Бог тебе судит,
Суд его не уклонится!
       
ДІИСТВІЄ 2
       
ЯВЛЕНІЄ 1
       
Хмельницкий запорожским казакам обиди и озлобленія неудобноносная, вот ляхов діємия, предлагает, и им свой совет об'являєт, которому кошевой именем всех козаков отвітствуєт, и как в прочіїх потребностях, так наипаче в том неслушних себя быть и голов своих не щадите обіщаєт.
       
Х м е л ь н и ц к и й
Приезда моего к вам вина есть не ина,
Панове запорожцы, токмо сие единственная,
Что по премногих бедах неісповідимих,
И ущемлении всегдашних, неудобстерпимих,
Крайняя всех нас уже хощет постигнути
Пропасть, которой бы могли убігнути,
Пока еще время есть, надо розсуждати,
И что полезно будет, сеет предізбрати:
На вас-потому что то зависит, илы жить тако
При казацких вольностях без налога, яко
їздавна жили, илы вечными рабами
В ляхов быть, которыи как хотят над нами
И над нашими детьми руки істирають,
И уже явного нас студа ісполняють.
А мне далеко лучше кажется и главу
Свою положит, чем бы казацкую славу
И Украину с крайним студом потеряти
ели неблагодарним врагом голдовати.
Ведаете-потому что все, и не токмо вы сами,
Но и весь мир гораздо відаєт с вами,
Яко верности у нас ляхи дознавали много,
Колико отвратили вот голов их злого,
Когда за них на брани персы выставляли,
Когда кровь проливали и головы клали,
Когда тот не мог отнюд дружитися с нами,
Кого между своими іміли врагами,
Когда мы их вот татар и турков преділи
С непрестанним опаством всегда защищали,
А они за нами, как за стеной стояли,
ели и на обе уши еще спали,
Ворочуячися. Я не воспоминаю
Древних оных дел наших, како же их имею
Ізрещи, не вим, ибо не токмо их полно
Было на земле, но и на море довольно.
Свідитель есть Трапезонт, на пень посіщений,
Свідитель есть и Синоп, с землей смішенний.
Представляют и славниє ониє подходы
Аж под Константинополь, илы и народы
Самые тамошніє, их же веси, грады,
Хутора, егда и сам салтан, вертогради
Своя обходяще, зріл, ініє сожгли,
Ініє же в нивочто тако разорили,
Что какой надменностью надмен, опадать
Целым миром мніл себя, обаче признать
Советов, советов істинную храбрость большим
Казакам понужден был. Что же и колику
Вірность свою свидетельствовали, уже и недавно
Того доказовали под Хотинем явно.
И сами ляхи сеет, чая, нам признают,
Люб и не токмо славе нашей зазрощають,
Но и всегда худыми словами, єлико
Возможно, умаляють умислне толико.
И Осману войская когда напирали
Наипаче на козаков, ясно показали,
Что лядськая вся при нас была оборона,
Которую если бы ізбили, корона
Польськая давно бы уже до черта пропала,
И сама бы своего следа не познал.
А казаки первые когда мужественно
Могли інкурси, тогда дерзновенно
Большой во воинстве эго совершили
Падеж, и самый объема обоз разорили.
Тако в силе своей гордящеся зіло
Османа3 посрамили, и мира всецело
Іскати понудили. Но что же ізчисляю?
Мир сим и іним делам нашим поставляю
Во свідительство, яже єсьми как полни
Отважного сердца, так и в похвале довольны,
Но что же? Видите, как нам за сия платили
И платят услуги; коль тяжело угнітили
Бідную Украину теми очковими,
Поемщизнами теми, тако же роговыми.
Повимишляли к том уже и ставщизни,
А при их поборах и сухомельщизни.
Власноє наше добро в глазах перед нами
Арендуют, и в своем невольні мы сами.
И уже по времени ни детей роднях,
Ни жен наших собственных нам не будет свободных.
Что же говорит о других бедах наших больших?
Что в безчестіях и укоризнах горших?
...О горе! в болізні! в неізреченна,
Студа нашего печаль, но неоконченна,
Злоба их? ибо уже и веру святую
Ізпразнити тщатся, а ввести треклятую
Унию помишляють и храмы божии
Везді своими хотят осквернять мшами.
Словом рещи: всех в копец мыслят потребити,
И славу козацькую в пепел обратитн.
Что убо сотворите, теперь розсуждайте,
Когда еще можете, всяк о себе заботьтесь:
Послідней ли пагубы своей ожидати
Что день будете, илы и зол убіжати
Грядущих и обнди отмсгити, якіє
Доселі претерпіли за дела благіє?
Я на бога всю мою надежду слагаю!
Его, во-первых, себи помощи желаю;
Імію же надежду на саблю в боге,
Что наклонит под наши врагов наших ноге.
Только вы все в един гуж со мною тягніте,
А отчизны и веры своей не дадіте
Православной до скончания от них пропадать
И козацькой навеки славе ізчсзати.
К о ш о в ы й
Пока силы нашея, пока духа станет,
Будем себя защищает, вельможный гетман,
Туркам, татарам в глаза становились отважне
За плюгавцев тех, когда на них наступали.
За себя против ляхов не вооружимся,
В своих бедах помочь себе убоїмся?
Відаєм, как всем нам Украина-мать,
Кто же не похощет руку помощи подать
Погибающей матке, был бы тот твердійший
Над камень, над льва был бы таковий лютійший!
Мы все, как прежде, были без всякой одмови,
Так и наипаче теперь служить готовы,
Будем себя и матку нашу защищать,
Аще нам и умереть, будем ляхов бить!
                             
       
ЯВЛЕНІЄ 2
       
Казаки, Днепром пришедши, приходят к Хмельницкого, и что ляхам зділали, ему поведают; вестник ізвіщаєт недалек лядский приход; Хмельницкий говорит казакам на коне сідать.
       
Х м е л ь н и ц к и й
Что вы за казаки и откуля?
К о с а к и
С ляхами
Посланії были мы Днепром байдаками.
Х м е л ь н и ц к и й
Кто вас послал с ними, и гди вы их дели?
К о с а к и
Гетманы оба нам ехать повелели,
Х м е л ь н и ц к и й
Гетманы, гди?
К о с а к и
С обозом медленно ступают:
Но гди уже суть, илы куда натягивают,
Сего знать не можем, ибо Днепром единых,
Пока они настигнуть, а землей иных,
Совета скорости легко передом послали,
Сами с табуром нога в ногу поступали,
Шембрак с Сапігою поїхал землей,
И сын Потоцкого с юртой тоєю!
А нам говорили спешно ступать водой,
Придав комиссаров для лучшего строю
И безопасности.
Х м е л ь н и ц к и й
Гди суть ваши комиссары?
К о с а к и
Гди же уже сидят, может, у черта в овчарне:
Потому что мы єретиков тех нещадно избили
Других, а других живьем в Днепре потопили.
Лучше збравши, что будет, то будет, терпеть,
Нежелі ляхам, хотя присягши, служить.
Х м е л ь н и ц к и й
Не бойтеся, надежду на бога імієм
Милостивая, что нашим врагом одолієм;
А что верно служит им в церкви присягали,
Перед богом такую кондицию клали:
Аще не будут они насильствовать веру
Нашу святую, и не возьмут мере
В своих уступках с нами, и за службу нашу
Не такую, как мы пьем, будем пить чашу;
Чего они поневаж сами не сполняють,
Напрасно и вот нас себи веры ожидають.
В и с н и к
Ляхов, вельможный господин, недалеко слышать.
К о с а к и
Что румом поехали, милы то прибыть.
Х м е л ь н и ц к и й
Не страшен нам есть приход и самих гетьманов,
Не устрашается дух вот ляхов Богданов.
Нуте только, молодцы, на коне садитесь,
А пришествія оных к себе не ждите:
Приходящим к нам навстречу гостям
поїжджаймо,
А пришествія оных к себе не ждем.
      
ДІЙСТВІЄ 3
       
ЯВЛЕНІЄ 1
      
У к р а й н а о помощ и пособие божие Хмельницком во брани тот просит.
      
У к р а и н а
В безмерных моих бедах в неісповідимой
Болізни и печали, во неусладимой
Горесті сердца имам се мало отрады,
Се утешения ощутих нічто того совета,
Что чада моя уже как вот сна возстали
Коего, и нечувство далече прогнали
Вот себя, и все обще начали гадать,
Как бы матери своей пропасть не дать.
Малодушіє и страх всякий отложили,
Дерзость и безстрашіє себи приобщили,
На предлежащий подвиг весело ступают,
Скорбь мою преложити на радость желають.
Но, уви! не ізвісна фортуна есть брани:
Ибо неудоб познать вот коєя страны
Стоять будет, на ся различние виды
Восприїмати обиче, иногда беды
Наносит, иногда же буваєт удобна,
Тим кости илы карте она есть сходно:
Кому-потому послужит и кому в руки пойдет,
И самой премудрійший астроном не дойдет,
Обеих стран многажди силы будут ступени,
Так числом войн, как храбростію славные;
Но единственные, наконец, из них торжествуют,
Второй побіжденні, стеняще, сітують;
Иногда же противно надежде буваєт,
Сильного немощнійший часто постилает.
Толикую я разность егда помишляю,
Во мне! вот болізні паки униваю.
Паки острый во мне терн пронзает утробу,
Паки лютая печаль влечет мя ко гробу:
Ибо аще что на мя супостат успієт,
Аще мни окаянной сейчас одолієт -
Горе мне! что сотворит сущее побідитель,
Таков и толикий мой враг и озлобитель
Роздраженний? Ко тебе, боже всесильный,
Прибегаю аз, воззри на плач мой умильнийі
Доколі мя до конца забудеши, боже?
Душа моя вот скорби во мне ізнеможе.
Доколь лицо вот меня свое отвращаєш,
Доколі без отрады меня оставляєш?
Призри с небесе и виждь на мое толико
Окаянство; и помощь низпосли, владыка,
Иже древле с Моисеем милость сотворивший,
И тим ізраїльськеє племя свободивий
Вот работы Египта, проведен по пустыне
Столпом сугубое: ты сам, ты тожде и сейчас
И Богдану моем явы неізмірну
Благодать твою! Буди вождю правоверную
Столп крепости, вот лица врагов заступая
И правоверных эго воев защищая,
Сотвори, да иже мя посрамити тщаться,
Вечным на брани студом сами посрамяться:
Да возрадуются же, иже в тебе чают,
Твоей помощи в бедах своих ожидають!
       
ЯВЛЕНІЄ 2
      
В и с т ь приходит, повідая преславниє козаков над ляхами поб, и студноє их за Вислу прогианіє, и торжественное векорі Хмельницкого на Украине возвращеніє.
      
В и с т ь
Не плач, а Украина, престани тужить,
Печаль твою на радость время преложити:
Призрі на тя э небесе вишняго зрачок,
Поборствуєт по тебе божия десница!
Жолтіє Воды злату при своем брегу
Торжествовать породили Богдану твоему.
Шембрак с Сапігою пошли осматривать,
Таврики, свою хану визита отдати,
А Стефан Потоцкий, сын гетманский, со своими
Лучше в аду унес жить, чем в Крыму
чужими.
Корсунь другой поб есть тебе свідитель,
Явись Хмельницкий твой паки побідитель;
Врагов твоих студно в лес как зайцов загнали,
И единых избили, других связали:
Там сам гетман Потоцкий, там и
Калиновский
Польный, там и Синявский, там и
Бігановський;
Там Яскольський, и другие там многие взять
Пошли в след Шембрака и Сапеги іскати.
Нестервар город Ганджа и Остап достали,
Глубокий ров стервой заровняли;
Ляхов недобитых под Корсунем избили,
С ксендзов живых шкуры, как с баранов, лупили.
Кривонос в Баре взятом вот себя гуляет,
Ляхов в склепах и в домах со свечами шукаєт,
А других из-под крыш тягнет, как воробцов много,
Всех на пень істинаєт, не смотрить никого.
Странные твои поб суть: ибо и те,
Которих страх за Вислу в леса густії
Розно позаносив был, когда и собрались
Более над тридевять тисящ, да и перебрались
Вместе с Константинов, под реку Пиляву,
Тамо свою хотяще показать славу,
С студом и безчестієм неслиханним, с вечным,
Поруганієм своим, со срамом необичным,
Опять все в безвісная города бежали,
Как только в полю в глаза Хмельницком стали:
Кто коня, кто сабли, кто узди, кто кульбаки,
Кто телеги, кто хомута, а кто и собаки,
ели чего іного кто только дорвался,
Как найскорій за Вислу снова поспішался
Не отягощен нечем; ибо там рыси,
Соболя, горностаи, кунки, волки, лисы,
Сібирки, ванны, конви, імбрнки, палатки,
Мідинці сребрянниє, фарини, паштеты,
Сахара, креденсы, столы, сундуки зоставляли,
Окованних возов сто тисящ покидали,
В прочіїх користех не воспоминаю,
Токмо безчисленниє быть утверждаю.
Довольно грабленія твоя наградили,
Которие чрез старость и... делали.
Толикоє их бігство весьма удивило
Вождя и вслед за ними гнать понудило
До Львова; а Небабы, Тишины, Полкожухи
И Нечая по сторонам, зламаниє духи
их вконець им от'ємлють, гди их постизають,
И так славу ко славе тебе прибавляють.
Но не было под Львовом с кем воєвати,
А города и сам даром не хотело псовати,
Когда сукна на барму казакам прислали,
И повелінну сумму денег положили.
Далее, Украина, все Богдан твой ступает,
Вот Львова к Замосця скоро приступает.
Слава о нем повсюду дивная проходит,
Имя эго к морей послідних доходит,
А ляхам так страшно, что гди либо повіють
Ветры, все же Хмельницкий ідет, понимают,
Таковий и толикии ляхов побідитель,
И богом дарованний тебе ізбавитель
Супостат твоих в города пустия загнав,
А по Вислу границу теби закопав,
Вскоре, торжествуя, он к тебе возвратиться,
Неісказанна радость тебе с ним явится.
У к р а и н а
Словеса твоя странно меня утешают,
Егда толикіє мни поб глашають;
Убо се по словеси твоему, и да будет:
Богдан мой, побідитель толик да прибудет!
Х о р
Бог скорбящих утишает.
                               
Иже сам в себе вот возраст почиваяй,
Иже пред ангел лики пребиваяй,
Всесилен, премудр, красен и богатый,
Праздников и полный всякой благодати,
Чист, непорочен, во всем совершенный,
Славой вечные в себе прославленный,
Всяческая всем обильно дарствуяй,
Но сам ничего отнюд не требуяй,
Тот на престоле сидяй превисоком,
Дольняя зряще всевидящим оком,
За безмірную милости пучину,
Призрів на бедную свыше сиротину,
Ухо абіє свое приклоняет,
Гласа молитвы милосерд буваєт;
И аще бури возмущають море,
Ведя с собой великое горе;
Аще и волни до небес возносят,
И видимую пагубу наносят;
Но он не даєт ярости погибати,
Ибо его есть таковых спасать,
Иже во бедах к нему прибегают,
В нем всю надежду свою полагають;
Сын более забвен у матери будет,
А нежелі вон таковых забудет;
Блаженнії суть убо таковії,
Ибо скорбь в радость премінити тии,
Аще и страждуть, чают непременно;
Упованіє оных не сумнінно;
Ибо Бог есть щедрый, в нем же уповают,
Яко на ню свою печаль возверзають.
      
ДІЙСТВІЄ 4
      
ЯВЛЕНІЄ 1
       
Хмельницкий с торжеством на Украину возвратився в Киев, при вратах торжественных благодарить бога за толикіє поб; дети украинской, во училищах кіївських учащіїся, эго привітствують, потом и казаки чрез писаря толикой эму славы восхваляют.
       
Х м е л ь н и ц к и й
Что тебе воздами мы, о всеблагой бог?
Кто так твою к нам милость ізрещи возможе?
В теби супостаты нашя побідихом,
Тобой гордецы их думы низложихом,
И духи попрахом, ни лук, ни на стрелы,
Ни на другие якіє уповахом силы.
Десница, господи, твоя прославися,
В крепости, десная ты рука утвердися
На них, пособляя нам. Отселі нознають,
Как щедроты твоя по нам поборають,
Не до конца потому твоих верных забываешь,
По гневе милостивая себя им являєш:
Приказываешь, но яко отец милосерден,
Ибо потом бываешь аки щит им твердый,
Вот лицу вражія в день брани защищая,
И всякія далече скорби проганяя.
Сеет коїм ізвітом будем утверждати,
Довольно показывают твоя благодати
Ко нам: праведным твоим судом мы страдали,
Яко лжи наша тебя прогневали.
Но егда мы милости твоєя іскахом.
И благоутробіє твое не престахом
Молит: призрі с небесе на наше обиди,
Толикіє нам сейчас дарова поб.
Рог убо правоверных твоих возвишенний
Супостат без отрады стеннет побіжденний:
Твое сеет дело есть, а не человіка,
Буди благословен ты вот ныне и до века!
Д и т ь у к р а и н с ь к и й
1
Ревностію святия церкве роздеженний,
Безбоязненно дерзнув вступит в бой военное,
Егда с врагами ея, Богдан, ратуешь,
Достойно и праведно с ней торжествуєш:
Врата потому эй адова со своими навіти
Не могуть, глаголющу Христу, одоліти.
Донелі убо церквей імат находиться,
Дотоль и твоя будет похвала сеять.
2
Отчества любовь, яже у тебе разожгла
Сердце твое ко брани, но и пособила
Тоюжде ты в побіді так, что роз'яренний
Супостат твой явись весьма помраченний.
Вся потому яже суть в степени, любовь побіждаєт,
Любве неудобное ничтоже буваєт,
Всяк убо, иже імат Отчество любить,
Не может тя никогда в любви не уметь.
3
Славой предков твоих поощрен, на рати
Побідил ты славно твоя супостаты;
Вот двое ибо единственно восхоті уметь;
ели умереть, илы врага победить,
Но казацкая от тебя слава смерть прогнала,
А над врагом торжествовать тебе даровала;
Иже убо за Отчую подвизался славу,
Бессмертным слава венцом увінчаєт главу,
4
Добродітель твоя есть торжества виной
Нынешнего, поб сею единственной
Врага твоего; ибо так сильно ничтоже
Обращается, илы так высоко, что же
Мужеством добродітель своим не превзийдет,
А может, она когда наконец не взийдет;
Добродітель убо мы твою величаєм,
Тебе Несторових лет от бога желаєм!
П и с а г
Аще тя и малии дети привітствують
И богом данной тебе поб восхваляют,
Как мы не устидимся безстидно молчать,
Как будем немотой уста заграждати?
А единственная похвала наша, о Богдане,
В странный в гетьманіх ты, наш вельможный пане!
Радует ся в тебе Россия Малая,
Веселит же ся купно и церквей святая:
Ибо твои то были первії советы,
Не оставить своей матери без отрады;
Но елико возможно в беде утешить,
Горькую ее печаль в сладость премінити.
Это уже и самим то делом совершися:
Скорбь далече отбіже, радость водворися,
Торжественнії гласы проізходять всюду,
Там песни слишаться, кимвали оттуду,
Грады, веси, дубрави, горы, холмы, реки,
Красно представляют лицо свое с человіки!
Словом единым сказать: как Украина стала,
Толикая в ней радость еще не бывала.
Кто не признает, что все, что-либо имамы,
Так чудния ізміни, яко над врагами
Нашими преславно мы сейчас торжествуєм,
А они воздихають? Тебе долженствуем,
Твоим добродітелем должны возписати,
Тебе благодарствіє должны воздавати;
Будут убо вітії везді тя славить,
Будут и рифмотворці дела твои пойти
С історіографами: мы поздравляем тя
Толикою славой, а к тому желаем:
Которую днесь радость імієм тобой,
Долгим житием твоим утверди по бою!
Х м е л ь н и ц к и й
Радости сеи не я и не добродітель,
Кая моя вина, то создатель и содітель
Наш; благодареніє объема возсилайте,
Его дивную ко нам милость величайте.
Прочеє в мире между собой живіте,
Друголюбіє над все более возлюбіте.
И малии ибо вещи умножает согласие,
Великие вопреки вмаляєт несогласие.
А (железо) доброе важте и над злато.
Злато потому потемнієт без него, как блато.
а злато и что сребро ляхам пользовало,
Коликіє же богатства (железо) побрало?
С сребних полумис отцы наши не едали,
И с золотых пугаров они не пивали.
В желізі старались, (железо) любили,
И большую тем себе славу породили.
Оных путем идите, оннх подражайте,
Славы іща, богатство вы за нічто имейте.
Не тот славен, который многа считает стада,
Но иже многих врагов своих шлет до ада:
Сэму единственно токмо (железо) довлієт,
А злато илы сребро ничтоже успієт.
Что бог даст, тем довольны сущее, нікоєя
Не обидите ничем братии своєя;
Кто лесок добрый, илы хуторок порядочный,
Кто стал, кто луку, кто сад імієт ізрядний,
Болеть илы завидіть поэтому не хотите.
Как бы эго привлащить к себе не іщіте.
Ибо когда казаки уже обнищають,
Тл не долго остатки ваши потривають.
Откуду коня, илы ружье, откуду
Иной порядок возьмуть, аще не оттуду?
А без тех приборов, что, мните, по нам будет?
Слава, без сумнінія, наша не прибудет.
Напоследок говорю: сами не купчуйте:
Лука, стрелки, мушкета и сабли бодрствуйте!
Кплями-потому обв'язан житейскими воин,
Имени сего весьма таков не достоин.
й детей своих, скоро отправлять науки,
До сей же обучайте казацкой штуки.
Тако творя вражія потрете навіти:
Радость сею на многие удержите лита.
      
ДІЙСТВІЄ 5
      
ЯВЛЕНІЄ 1
      
Украина радуется богу, своему помощнику, и благодареніє возсилаєт.
       
Соторжествуйте мне все ныне русские,
Радуйтесь со мною и все христиане,
Иже не поврежденні злочестія ядом,
С малым в союзе єсьте благоверным стадом.
Скорбь моя отложися: радость водворися,
Супостаты падоша, рог мой возвисися.
Странная се ізміна есть вишняго деснице,
Лях побіжден и прогнан по своя границы:
Страх, беда, хлопот и студ побіже с ляхами,
Победа и торжество осталась с нами.
Иже славы моей путь зап'яти хотели,
Путь, ведущ здісь за горы, сами погубили.
Не ведают и сами, куда бежать,
Гди бы на старость себе отчества іскати.
О, ниже риторськими усты ісказанной,
Ниже історичеським пером описанной
Фортуны моей! ибо бог мне пособствуяй,
Ізлія на мя своей благодати струя,
Совлек с меня острое рубище печали,
В ризу мя веселия одія; престали
Бурнії свіріпіти на мя аквіліоне,
Тишайшії явились ко мне алціоне:
Преч лютая вот меня зима отступила,
А благоприятная весна наступила;
Тьма во мир, а нощ во день златий премінена,
Горесть сердца моего в сладость обращена.
Вишняго поистине есть сия ізміна,
Милость его ко мне се сотвори единственная.
Все, иже ко мне любовь імущії, роды,
Все, мни желающії многих лет, народы,
Возьмите трубы гласные, настройте тимпаны,
Бряцайте во кимвали, пустіте органы,
Прийміте псалтырь с гусльми и песни сложіте,
Гласом радости купно воскликните богу.
Се месяц нов явись; се торжественный день
Всемирной, нарочитий, светлый,
празденственний!
Аще, когда наипаче сейчас возиграйте,
Бога же, торжествовать мни давша, величайте!
Потому Что принесу ему за радость толику?
Что іноє за милость воздам толь большую?
Буду разві имени эго воспівати,
Буду господне имя прославлять вовек!
      
ЯВЛЕНІЄ 2
Смотрінє божие предсказуєт Украине незиблемоє, ея бдаженство под крепкой непобідимих монархов всероссийских рукой, добрым и рейментарським правленіем.
С м о т р и н и является
Радуєшися богу, тебе пособившу,
Украина, в брани врагов же низложившу
Твоих, и обліявшу необичним студом:
Но радуйся и странно в теби строящу,
Странным тя смотрінієм утвердит хотящу,
Славы твоей толикой мнози ненавидят,
Трликому счастію немало завидять:
Но зависть тая, их же самих погубляет,
Егда сердце, аки ржа (железо), снідаєт;
Тебе же не принесет вреда нікоєго;
Никако не умалить блаженства твоего:
Приму потому тя под крепкую руку свою вскоре.
Непобідимії на земле и на море
Монархи российской - поборники сущее
Иже благочестія, зловірних бодуще:
Тебе в твоей потщатся пособляти нуждії
Не оставят тя помощи своей, аки чуждые.
Под тем непроломимим щитом пребувая,
Аки на твердой скале себя утверждая,
Посмеешься всем ветром; волни возмущенні,
Аще даже до небес будут вознесенные,
Егда гонимые вихрем, начнуть ударять,
Пропасть отверзающе, но поколебати
Отнюд тя не могуще, розбіються самы
С приходящими купно о камень водами,
Внемли же глаголемим!
У к р а и н а
Приліжно внимаю,
Слово твое радосне в себе розсуждаю.
С м о т р и н и является
Петр тебе будет камень, вот бога поданний,
И за величество дол Большой называемый,
Камне того ниже злобниє советы,
Ни вражія преломлять противных навіти,
Ниже восприятие тяжкіє походы,
Ни страшниє многажди под град подходы,
Смерть разві одна позняя сокрушить.
У к р а и н а
Уви мни окаянной, убо мя нарушит!
С м о т р и н и является
Стой, не бойся, за камень первый сокрушенний,
Камень второй, не меньше, будет положенний,
Петр, говорю, имени Вторий такового,
Монарха всероссийский бога всеблагого
Милостію увінчай, не даст ты упасть,
Не даст и славе твоей всячески пропасть.
Тот еще мал отрок сей, но не дітоумен.
К пользі государства своей весьма остроумен;
Совершенного мужа в юности являя,
Больших по себе дол подавая знаки,
Подаст ты Даниила, вождя ізряднійша,
Не токмо благородством над иных краснійша,
Но и дели храбрими славного, который,
Супостатом Хмельницкий твоим будет вторий.
Имя его устрашить сосід твоих зіло,
А чего же уже же не докажет дело?
Что убо случае твои, что будут творить?
Будут вот зависті вплоть до костей худіти,
И оруж'єм не можа острим воєвати,
Языком много начнуть на тебя щекати,
Аки грубую в народіх тебя поносяще,
Аки наук чуждую тебя обносяще.
Но бог, я во воїнськом іскустві и штуке
Прославивий, прославит то же и в науке.
И сеет коллегиум чрез Петра Могилу
Основав, проізведет в толикую силу,
Что от него вітії красноглаголиві,
Тонкії философы, богоглаголиві
Богословы, сильнії и делом, и словом
Проповедники, стадо пасущі Христово,
Пастиріє премудрые, святые преподобные,
Древним оным церковным светилам подобия!,
И инны ізряднії мужіє ізийдуть,
К тому начатки сии совершенство примут.
Тако ты, мир ли будешь, илы брань уметь,
Над врагом твоим главу будешь возносить.
У к р а и н а
О, боже! возсіяй мы день он скоро златий,
Толикоє блаженство мое осматривать!
Даждь мне Петру Второму, вот тебя ізбранну.
И тобой наследным венцом увінчанну,
Поклоненіє мое должное воздать,
Толику его милость ко мне величать,
Даждь и его верном вождю, Даниилу
Здравие, долготу дний, во всем спех и силу!
Х о р
Поэт похвалы Хмельницком
       
Вічной похвалы вот нас есть достоин,
Храбрий на земле и на море воин,
Войск запорожских Хмельницкий старійцщй,
Вождь ізряднійший.
Отчество над все более возлюбивий
И эго совета нівочто вмінивий
Роскоши, покой, пользы, інтрати
И все приваты.
Православный церкви супостатом,
Наипаче мерзким трепет уніятом,
Отечеських догмат усердний хранитель
И защититель.
Дил предков своих теплый подражатель,
Древней козацькой славы соблюдатель,
Свою на брани положить главу
Готов за славу.
Добродітельми симы украшенний,
Божия к тому духа ісполненний,
Горесть обратить нашу хотя в сладость,
Печаль на радость.
Превіє начал предлагать советы,
Како вражіє прогнать навіти,
А по совітіх принялся за дело
Поспешно зіло.
Сразився с врагом своим доблественно,
Прогнал за Вислу даже немедленно;
Свише-ибо ему помощь прибывала
И укріпляла.
Тим ляхов виктор преславный явись,
Побідам эго весь мир удивися;
Пребисть студ, печаль пагубен с ляхами,
Торжество с нами.
О, кто тя липо восхвалить, Богдан?
Кто толиких дел высоты достане?
Мы, иже похвал достойна тя знаем,
Не увінчаєм.
В твоих похвалах язык наш безділен,
Ублажит-потому что я достойно не силен;
Будешь разві ты возвеличен в небе,
Как есть нужно!
       
ЭПИЛОГ
       
Дивную милость божию, к нам, прежде осьмидесят лет явленную, ныне дійствіями и явленіями краткими предложихом вам, богом собранніє, слишателіе и зрителіє. Поистине Великое дело, как великого блаженства виновное; но величеству наше скудоуміє равное не было. Но и кто божия щедроты, наипаче же толикія к нам милости, по достоинству ублажить может? Обаче сего совета молчати не подобаше: ниже потому что бог от нас требует, чего не можем, требует же да багатно ізливаємая эго на нас благодіянія в незабвенной памяти содержим. Аще бо и не якоже липо, но якоже вот нас возможно бяше, благоутробіє эго прославихом, но за безмірноє божественных эго к нам щедрот величество, что-либо илы не прилично творихом, илы погрішительно ізрекохом, благорозумієм своим да покроете, всесмиренно молим. Аминь.