Интернет библиотека для школьников
Украинская литература : Библиотека : Современная литература : Биографии : Критика : Энциклопедия : Народное творчество |
Обучение : Рефераты : Школьные сочинения : Произведения : Краткие пересказы : Контрольные вопросы : Крылатые выражения : Словарь |
Зарубежная литература: Краткие пересказы - произведения сокращенно > Ш > Шоу Бернард > Пигмалион (другая версия перевода) (сокращенно) - электронный текст

Пигмалион (другая версия перевода) (сокращенно) - Шоу Бернард

Краткий пересказ, краткое изложение содержания

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ



Лондон. Ковент Гарден - площадь в Лондоне. Летний вечер. Ливень. Прохожие прячутся от дождя под портиком церкви Святого Павла. Среди них дама с дочкой. Обе в вечерних платьях. Все недовольны. Лишь один человек что-то сосредоточенно записывает в свой блокнот, повернувшись к толпе спиной.

Часы вызванивает четверть двенадцатого.

Дочь жалуется матери, что замерзла, а брата Фредди, который побежал взять такси, уже двадцать минут нет. Услышав это, мужчина из толпы говорит, что в это время такси нечего искать, ведь многие люди возвращаются из театров, и все машины будут заняты. Дочь недовольный задержкой брата, а мать пытается оправдать сына, хотя и сама уже начинает нервничать.

Вдруг появляется Фредди в змоклих ниже колен брюках. Он не нашел такси, хотя обегал все улицы. Раздраженная мать снова посылает сына за машиной. Юноша раскрывает зонтик, бросается в сторону улицы, но вдруг сталкивается с цветочницей и выбивает из ее рук корзину с цветами. «Ну, ты, Хреді, смотри, куда суешь!» - гневно кричит цветочница и подбирает разбросаны цветы.

Девушку с цветами трудно назвать привлекательной. У нее грязное, мышиного цвета волосы, плохие зубы, нечищеный одежду, развалившиеся ботинки...

Мать потрясена, что девушка назвала сына по имени и пытается узнать, откуда она его знает. Женщина даже покупает у девушки помятые цветы. А и, получив деньги, объясняет, что назвала парня первым именем, которое ей пришло в голову, для того, чтобы проявить любезность.

В это время под портик церкви спешит пожилой господин с внешностью кадрового военного в мокром вечернем костюме. Он подходит к тому месту, где сидит цветочница. Девушка сразу же начинает предлагать господину букетик. Господин недоволен надокучливістю цветочницы, однако покупает букетик и уходит в другое место.

Человек из толпы начал стыдить девушку и обратил ее внимание на какого-то типа, который внимательно прислушивался к разговорам и что-то тщательно записывал. Испуганная торговка решила, что этот мужчина полицейский, и стала громко доказывать, что она порядочная девушка, а заговорила к господину только потому, что хотела продать ему цветы. Кое-кто из публики пытается успокоить ее, кто-то сердито говорит, чтобы она не кричала так громко, а те, что стояли поодаль и ничего не слышали, начали расспрашивать о причине скандала.

Человек с записной книжкой был поражен тем шумом, который поднял цветочница. Он твердо, но без злости велел ей замолчать и поясное, что записывал то, как она говорит, а потом прочитал записанное, точно воспроизведя ее грубую, неграмотную произношение. Чтобы доказать публике, что он не полисмен, человек с записной книжкой назвал каждому из присутствующих место, откуда кто родом, и объяснил, что узнал об этом по их диалектах.

Дождь прекратился, и толпа стала расходиться. Мать с дочерью, не дождавшись такси, пошли к автобусной остановке. Возле церкви остались господин с записной книжкой, господин с военной выправкой и цветочница, которая все еще продолжала проявлять свое недовольство тем, что господин записал все, что и как она говорила.

Мужчины разговорились, и господин с записной книжкой пояснил, что занимается фонетикой. Это его хобби, но оно дает неплохой заработок, ведь сейчас время вискочнів, которые хоть и «распрощались со своим убогим кварталом, но стоит им сказать слово - и произношение их выражает. И вот есть я, который может их научить...» Более того, господин с записной книжкой заявил, что за три месяца он даже девушку из лондонских подворотен, которой «с таким произношением сидеть... век в канаве», смог бы превратить герцогиню. «Я мог бы даже обеспечить ей место горничной или продавщицы в магазине. А там безупречное произношение еще важнее». Оказалось, что господин с военной выправкой тоже интересуется диалектами. Эти два мужчины уже давно хотели познакомиться. Случайная встреча сблизила Хігінса - мужчины с записной книжкой и Пікерінга - джентльмена, который приехал из Индии умышленно, чтобы встретиться с составителем «Универсального алфавита Хігінса».

Мужчины договорились поужинать вместе. Когда они проходили мимо цветочницу, и снова напомнила о себе. Девушка пыталась продать им цветы и канючила деньги. Хігінс бросил ей в корзину горсть монет. Поражена цветочница разглядывает деньги, удивляясь щедрости ученого, а потом садится в такси, которое все же достал Фредди, и называет изумленному водителю адрес: «Беконхамський дворец!» В узком переулке за гуталіновою скамейкой она останавливает такси и устало отправляется в свое помещение.

Это - небольшая промозглая комнатка, в которой «вместо разбитого стекла окно прикрыто картоном». За кровать правит лава, накрытая кучей лохмотьев. Еще в нищенский прожиточный минимум входят сундук, миска, кувшин, стол, стул, выброшенные с какой-то крестьянской кухни.

Девушка перечисляет заработанные деньги, а потом снимает шаль и юбку, ложится в кровать и включает одежду к многочисленным укривал.



ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ



Одиннадцать утра следующего дня. Лаборатория Хігінса. В углу комнаты - две высокие картотечные шкафчики, рядом на письменном столе фонограф, ларингоскоп, органные трубочки с воздушными мешками, набор газовых пальничків, несколько камертонов, макет человеческой головы в натуральную величину, на котором показано голосовые органы в разрезе.
Дальше - камин, возле него удобное кресло и ящик для угля. Слева - шкафчик с ящиками, на шкафчике - телефон и телефонный справочник. Дальше, в углу - концертный рояль, перед ним не стул, а длинная скамейка. На рояле ваза с фруктами, конфетами и шоколадками.

На стенах висят гравюры.

В комнате Пикеринг и Хігінс. При дневном свете видно, что Хігінс - «крепкий, жизнерадостный, крепкого здоровья мужчина лет сорока. Несмотря на свой возраст и телосложение он напоминает непоседливый ребенка, которая на удивление живо и бурно реагирует на все интересное и с которого нельзя спускать глаз, чтобы не произошла жаль». Он должен по-детски изменчивую удачу: в минуту хорошего юмора - добродушно ворчит, но если ему что-то не нравится - вдруг взорвется гневным ураганом. И на него трудно рассердиться - настолько он непосредственной и прямодушный.

Хігінс и Пикеринг говорят о звуках речи и разницу между ними, когда в комнату входит экономка Хігінса госпожа Пирс. Растерянная женщина говорит, что пришла молодая девушка, у которой ужасное произношение, но поскольку к ученого иногда приходят такие странные посетители, то она решила впустить и ее.

В комнату входит вчерашняя знакомая цветочница при полном параде. «На ней шляпа с тремя страусовыми перьями оранжевого, голубого и красного цвета, фартук теперь почти чистый и пальто из грубой шерсти тоже почищен. Пафос этой жалкой фигуры, с ее наивной серьезностью и притворной статечністю, трогает Пікерінга...», но Хігінс отнесся к гости безразлично. Он узнал девушку и разочарованно сказал, что ее произношение его не интересует. И цветочница напыщенно заявила, что приехала на такси, чтобы брать у ученого уроки правильного произношения, и готова платить за это. Она не хочет торговать на улице, а в «магазине продавщицей» не берут, потому что она не умеет «говорить по-пра'ільному».

Пикеринг с изысканной любезностью пригласил девушку сесть и спросил ее имя. Девушка гордо ответила, что ее зовут Элиза Дулитл. Она ужасно обиделась, когда мужчины со смехом стали декламировать стишок:



Лиза, Элиза и Елизавета

Цветы собирали в саду для букета.

Три хорошие фіалочки там отыскали.

Взяли по одненькій, а двух не сорвали.



Девушка предложила Хігінсу за урок шиллинг, ведь она будет учить родной язык, который уже знает. Ученый со смехом объяснил другу, что Элиза предлагает ему две пятых своего дневного заработка, и если бы она была миллионершей, то это было бы где-шестьдесят фунтов. «Неплохо! Черт побери, колоссально! Столько мне еще никто не платил», - воскликнул Хігінс. Испуганная Элиза вскочила на ноги, на ее глаза навернулись слезы. Хігінс дал ей носовой платок, но озадаченная девушка не знает, что с ним делать. Она беспомощно смотрит на мужчин, а потом прячет платочек подальше.

Пикеринг, смеясь, напомнил Хігінсу вчерашний разговор о том, что якобы ученый за три месяца может превратить даже такую вульгарную замазуру на герцогиню. «Бьюсь об заклад, что у вас этот эксперимент не получится. Однако, если вам удастся выдать ее за герцогиню, я признаю, что вы лучший педагог в мире, и сам покрою расходы на его обучение». Хігінс увлекся идеей Пікерінга и пообещал: «За полгода - а когда у нее хороший слух и гибкий язык, то и за три месяца - я выведу ее на люди и видам за кого угодно!»

Он хотел начать обучение немедленно и приказал экономке отмыть девушку, а ее одежду сжечь. И госпожа Пирс отметила, что «нельзя так просто подобрать девушку, как камень на пляже». Что с ней будет, как обучение закончится? Куда она пойдет? Кто ею будет заниматься, ведь Элиза не имеет матери, а отец выгнал ее из дома? И Хігінс не хочет думать о перспективе Элизы вернуться в грязь, когда она уже познает другую жизнь. Он не верит, что девушка имеет чувства, на которые надо учитывать, и не обращает особого внимания на реплику Элизы: «Совести у вас нет, вот что! Вам же на всех наплевать, кроме себя». Она готова покинуть дом, где ее не признают за человека, но хитрый Хігінс задабривает Элизу конфетами, рассказывает о радужных перспективах ездить на такси сколько заблагорассудится, соблазняет богатыми женихами.

Госпожа Пирс провела Элизу на второй этаж, показала ее комнату, предложила принять ванну. Девушка понятия не имела, что можно спать в постели, переодевшись в ночную рубашку, что можно искупаться в ванне и остаться живой и здоровой, ведь все восемнадцать лет своей жизни Элиза спала не раздеваясь и никогда полностью не мылась. С большими трудностями госпожа Пирс удалось уговорить Элизу искупаться.

Тем временем в комнате под отчаянные крики Элизы Хігінс с полковником размышляют над дальнейшей судьбой девушки. Пікерінга беспокоило, порядочный Хігінс в отношениях с женщинами. Ученый объяснил, что он - убежденный холостяк. Элизу воспринимает как свою ученицу и это для него святое. Он уверен, что «научить кого-то можно только при условии, что учитель глубоко уважает личность ученика». На уроке женщина для него - «все равно, что кусок дерева». Тогда он и сам становится, словно деревянный.

В комнату заходит госпожа Пирс. В руках у нее шляпа Элизы. Экономка пришла, чтобы поговорить не о Элизу, а о поведении самого Хігінса. Она напомнила ученому, что он очень часто употребляет бранные слова «черта», «к черту», «какого черта», с которыми она смирилась, но при девушке говорить не стоит. Присутствие Элизы требует от хозяина быть опрятным, а потому Хігінс не должен выходить к завтраку в халате или по крайней мере не так часто употреблять его вместо салфетки». Элиза «имела бы еще один полезный пример», если бы видела, что Хігінс не ставит кастрюлю с овсянкой на чистую скатерть. Экономка выходит из комнаты, а пристыженный ученый обращается к своему другу: «Знаете, Пикеринг, у этой женщины сложилось обо мне совершенно ложное впечатление. Взгляните: я скромный, застенчивый человек. .. Однако она глубоко убеждена, что я деспот, домашний тиран и самодур. Почему - не понимаю».

Госпожа Пирс возвращается в комнату с сообщением, что пришел мусорщик Елфрід Дулитл, отец Элизы.

Это пожилой, но еще крепкий мужчина, один из тех, кому одинаково чужды и страх, и совесть. В это мгновение он всем своим видом демонстрирует оскорбленное достоинство и полную решимость».

От мальчика, который знал, куда направилась Элиза, старый Елфрід узнал адрес профессора и пришел к Хігінса, чтобы заявить о своих правах на дочь. Ученый не очень церемонится с незваным гостем: «Она наверху. Забирайте хоть сейчас... Забирайте! Не думаете же вы, что я панькатимусь с ней вместо вас?!» Наступая на ошеломленного таким развитием событий мусорщика, Хігінс продолжал: «У вашей дочери хватило наглости прийти в мой дом и требовать, чтобы я давал ей уроки, потому что ей захотелось работать в магазине... Как вы смели прийти, чтобы меня шантажировать?! Вы ее нарочно сюда подослали!»

Дулитл, обезоружен такой речью, объясняет, что совсем не хочет заступать дорогу дочери. «Здесь, мона ск'ать, перед ней курьера відкрваєця, то разве же я... Да нет! Вы не так меня пойняли. Послушайте...» Мусорщик важно садится на стул и раскрывает свои карты: он видит, что хозяин - порядочный человек, но и «девка хорошая и красивая - что и говорить». А потому Хігінс человек чести должен дать ему за дочь пять фунтов. Пикеринг и Хігінс были поражены отсутствием в Дулитла чести и совести. И старый мусорщик так хитро повернул, что надо же понимать простых людей, учитывать мораль отца, который «в поте лица растил, кормил и одевал ребенка, пока она не выросла и не заінтересувала сразу двух жинтільменів», что Хігінс предложил Дулітлу не пять, а десять фунтов. Но тот отказался от десятки и объяснил, что такие большие деньги сделают его богатым и жадным, «а тогда - нет человеку счастье!» А пять фунтов он пропьет: и сам получит удовольствие, и женщина, что живет с ним, будет счастливой, и люди заработают, да и профессору «приятно будет, что не на ветер деньги спустили».

Пикеринг поинтересовался, почему Дулитл не хочет жениться с приятельницей. Мусорщик объяснил, что это она не хочет выходить замуж, ведь «не такая она дура, что самой влезать в ярмо». Пока она не жена, то ездит на нем, требует подарки и деньги, а выйдет замуж - и сразу потеряет все Привилегии.

Дулитл, получив пять фунтов, уже спешит к двери, как вдруг на пороге чуть не наталкивается на очаровательную девушку в японском халате. Отец не сразу узнал Элизу. Поражены мужчины не верили своим глазам. А девушка чувствовала себя глупой в том халатике.

Дулитл убрался из дома Хігінса, чтобы как можно скорее пропить деньги, а Элиза начала обучения. «Она чувствовала, как пациент на приеме у врача... И если бы не присутствие полковника, Элиза давно бы уже сбежала куда глаза глядят» от своего беспокойного и требовательного учителя, который заставляет ее без конца повторять алфавит, исправляет каждое сказанное ею слово и обещает взять за волосы и трижды проволочити вокруг комнаты, если она еще раз скажет «проХВесор», «мНякий» или «не Филюйтесь».

Таких мучений она будет еще не один месяц, прежде чем удивит всю лондонскую элиту.



ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ



Приемный день в доме госпожи Хігінс, матери ученого. Гостей еще нет. Через открытые окна виден балкон, на нем - горшки с цветами. В комнате нет лишней мебели, всевозможных безделушек. Посреди комнаты - большая софа с подушками и покрывалом, подобранные с большим вкусом. На стенах - несколько хороших масляных картин.

В углу комнаты за элегантным столиком сидит госпожа Хігінс и пишет письма. Теперь, когда ей за шестьдесят, она уже не одевается, как раньше, вопреки моде.

В пять часов пополудни вдруг с грохотом распахивается дверь - и входит Хігінс. «Генри, ты обещал не приходить в мои приемные дни! Ты відсахав всех моих друзей. Стоит им встретиться с тобой, как они перестают у меня бывать», - с упреком заговорила госпожа Хігінс. Но сын не обращал внимания на слова матери. Он объяснил, что пришел по делу: он хочет привести к ней простую цветочницу, которую подобрал возле базара... научил правильно говорить и дал строгие указания, как себя вести. Ей велено касаться только двух тем: погоды и здоровья... Никаких разговоров на общие темы». Сын заверил мать, что это будет вполне безопасно, и рассказал о заведении с Пікерінгом относительно превращения простой девушки на герцогиню.

Разговор прерывает горничная, которая докладывает, что пришли гости. Хігінс быстро вскакивает, бросается к двери, чтобы убежать, но прежде чем он успевает выйти, мать уже рекомендует его гостям. На пороге те самые мать и дочь, которые прятались от дождя возле Ковент-Гардена. Мать - спокойная воспитанная женщина, а дочь пытается скрыть ограниченные доходы за бравадой и эксцентричным светским тоном.

Женщины здороваются с хозяйкой, пытаются заговорить с Хігінсом, но он грубо поворачивается к ним спиной и созерцает реку за окном.

Горничная докладывает, что пришел новый гость - полковник Пикеринг. Он вежливо здоровается с присутствующими, садится между женщинами.

Следующим гостем стал Фредди, которого хозяйка знакомит с Пікерінгом и сыном. Хігінс пытается вспомнить, где видел все семейство.

Гости заводят разговор о том, почему на светских приемах люди говорят не то, о чем думают. Хігінс нетерпеливо объясняет, что присутствующие дамы, например, мало знают о поэзию, искусство, Фредди ничего не смыслит в науке, а сам он не имеет представления о философии. Поэтому, в конце концов, все присутствующие в той или иной степени дикари, но делают вид, что они культурные и образованные люди и по словам прячут свои настоящие мысли.

Горничная растворяет дверь и вводит новую гостью. Это Элиза Дулитл. Она изысканно одетая и своей красотой производит такое впечатление, что, увидев ее, все встают. Девушка с відтренованою грациозностью подходит к госпоже Хігінс. Она вежливо здоровается с хозяйкой дома, пристально следя за каждым своим звуком, добавляя музыки в интонации. Потом здоровается со всеми гостями, произнося каждое слово педантично правильно, и грациозно садится на диван. Клара садится рядом с Элизой, Фредди зачарованно следит за каждым движением девушки. «Хігінс идет к дивану, по дороге цепляется об каминные решетки и спотыкается о щипцы. Лайнувшись сквозь зубы, приводит все в порядок... Западает гнетущая тишина». Госпожа Хігінс, урвавши молчание, тоном светской непринужденности говорит о погоде. Элиза, подхватывая разговор, заученно произносит: «Необычное понижение атмосферного давления, охватившее западную часть Британских островов, постепенно переместится на восточные районы. По данным синоптиков, существенных метеорологических изменений не предвидится». Эта тирада вызывает у Фредди смех. Далее речь заходит о болезни, и Элиза рассказывает, что ее тетя умерла от инфлюэнцы. Госпожа Айнсдорф Гил сочувственно поклацує языком, а Элиза с трагизмом в голосе говорит, что тетю ухлопали, чтобы украсть ее соломенную шляпу. Ухлопали, ибо такая здоровяга не могла умереть от простуды. В доказательство этого девушка привела новые аргументы: за год до того тетка заболела дифтерией, и когда отец Элизы вливал ей в глотку джин, то больной отгрыз пол-ложки.

Далее Элиза непринужденно поделилась, что для тети «джин был как материнское молоко...»отец «сам столько того джина перехиляв, что знал же, что и к чему», что он и сейчас не просыхает», а мать и сама когда, бывало, давала ему деньги на выпивку, «потому что он тогда сразу делался веселый и ласковый ».

Слушая ее, Фредди корчился от безудержного смеха, и Элиза спросила юношу: «Что такое? Чего это вы ржете?» Фредди и его эксцентричная сестра решили, что это новая светская говор, а Хігінс подтвердил их догадку и порекомендовал панне Кларе запомнить новые слова и использовать их при случае во время визитов.

Госпожа Айнсдорф Гил и ее дети спешат на другой прием, а Хігінс, едва дождавшись, чтобы они остались одни, спросил у матери, можно ли выводить на Элизу люди? Госпожа Хігінс объяснила сыну и полковнику, что, несмотря на правильное произношение Элизы «ее происхождения проступает в каждом ее слове». А виноват в этом сам учитель, ибо то, как он выражается, «для грузовой пристани подходит как нельзя лучше. Однако для приема - вряд ли». Ученый не понимает матери. «Я ни черта не понимаю! Я знаю одно: три месяца, день в день, я бился над тем, чтобы эта девушка стала похожа на человека. К тому же, мне из нее немало пользы. Она всегда знает, где искать мои вещи, помнит, где и с кем я назначаю встречи...» Госпожа Хігінс хочет узнать, кем является для сына и его друга Элиза, что ее ждет дальше? Мужчины уверяют ее, что относятся к девушке очень серьезно. Они еженедельно и даже ежедневно, замечают в ней какие-то изменения, фиксируют каждое ее движение, делают десятки записей и фотографий, только о ней говорят, учат ее, одевают, изобретают новую Элизу. Но госпожа Хігінс говорит им, что они «словно двое детей, которые играют живой куклой» и не видят проблемы, которая вошла в дом на Вімпол-стрит вместе с Элизой. «Проблема в том, что делать с Элизой потом».

«Ясно, что Элизе еще далеко до герцогини. А впрочем, Хігінс еще есть впереди время, и заведение еще не проигран!» Обучение продолжалось, и ровно через полгода Элиза снова выходит в мир. На посольском приеме она появилась в элегантном платье со всеми полагающимися аксессуарами: бриллианты, веер, цветы, роскошное манто. Она выходит из «роллс-ройса» и в сопровождении Хігінса и Пікерінга направляется в зал. На приеме в Хігінса подходит почтенный молодой господин с роскошными усами. Он напоминает ученому, который был его первым учеником. Хігінс еле вспомнил Непомука, который владеет тридцатью двумя языками, работает переводчиком, умеет в пределах всей Европы определить происхождение человека. Пикеринг немного тревожится, что усач разоблачит Элизу, но девушка с такой очаровательной грацией идет в приемную залу, гости комкают разговора, чтобы взглянуть на нее.

Заинтригованная хозяйка дома просит Непомука выведать все о Элизу подробнейшим образом. Через некоторое время усач доложил, что Дулитл - не англичанка, ибо «где вы видели англичанку, которая бы так правильно говорила по-английски?» Непомук определил, что Элиза происходит с венгерского королевского рода и является принцессой.



ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ



Кабинет Хігінса. Часы на камине бьют полночь. В комнате никого нет.

Элиза в дорогих украшениях и роскошном вечернем наряде входит в кабинет и включает свет. Видно, что она устала. Вскоре появляется Хігінс с домашней курткой в руках. Смокинг, цилиндр, плащ он небрежно бросает на журнальный столик, надевает домашнюю куртку и устало падает в кресло. Заходит Пикеринг в вечернем костюме. Мужчины переговариваются, когда вдруг Хігінс восклицает: «А где это, черт возьми, мои шлепанцы?» Элиза мрачно смотрит на него и выходит из комнаты. Потом возвращается с большими пантофлями в руках, ставит их на коврик перед Хігінсом. Ученый не замечает этого и страшно удивляется, когда видит шлепанцы у своих ног: «А, вот они где!»

Мужчины обсуждают прием, радуются, что «Элиза блестяще справилась с ролью, и все уже позади». Они говорят о девушке так, словно ее нет в комнате. Элиза из последних сил сдерживается, но когда Хігінс и Пикеринг выходят из кабинета, девушка с криком болезненного гнева падает на пол.

В коридоре Хігінс увидел, что снова не обул шлепанцы, и возвращается в комнату. Разъяренный Элиза хватает шлепанцы и с силой швыряет их один за другим просто в Хігінса. Ученый не понимает причины истерики девушки, а Элиза готова выцарапать ему глаза за то, что он потерял всякий интерес к ней.

Хігінсу таки удалось немного успокоить Элизу. Он пытается объяснить девушке, что теперь все позади, она свободна и может жить, как ей заблагорассудится: может выйти замуж или открыть цветочную лавку.

Говоря это, ученый жует вкусное яблоко и не замечает взгляда Элизы. Девушка спокойно выслушала своего учителя, а затем ровным голосом спросила: «Сэр, кому принадлежат мои платья? Что я имею право забрать с собой, чтобы вы не обвинили меня в краже?» Потом она сняла с себя драгоценности: «пожалуйста, возьмите это к себе. Так будет надежнее. Не хочу за них отвечать. А вдруг что-то пропадет». Спокойно сняла с руки перстень, который Хігінс купил ей в Брайтоне. Озадаченный ученый швыряет кольцо в камин, запихивает драгоценности в карманы и сердито говорит: «Если бы эти изыски не принадлежали ювелиру, я запихнул бы их в вашу неблагодарную глотку!» После этого он величественно выходит из комнаты, однако в конце портит весь эффект, хлопнув изо всех сил дверью.

Элиза опускается на колени перед камином, находит кольцо, бросает его в вазу с фруктами и решительно заходит в свою комнату. Там она аккуратно снимает вечерний наряд, одевает будничное платье и выходит из дома, хлопнув дверью.

Под своими окнами Элиза видит Фредди Айнсдорфа Гила, влюбленного в нее. Юноша признается девушке, и она, переполненная чувствами, отвечает взаимностью. Они замерли в объятиях друг друга, пока их не прогнал летний констебль. Молодые люди бросаются наутек, а потом снова застывают в объятиях, и снова их застает полицейский - на этот раз значительно моложе. Элиза и Фредди наняли такси и всю ночь кружили по городу.



ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ



Гостиная госпожа Хігінс. Хозяйка сидит за письменным столом. Входит горничная и докладывает, что пришли господин Хігінс и полковник Пикеринг. Они звонят в полицию, ищут Элизу, и господин Генри не в настроении.

Госпожа Хігінс попросила горничную предупредить Элизу Дулитл об гостей, а сама встретила сына и полковника. Хігінс влетел в комнату и, даже не поздоровавшись, выпалил: «Мама, послушай, это же черт знает что! Элиза сбежала». Мать пыталась объяснить сыну, что для побега была какая-то причина и что нельзя заявлять на девушку в полицию, как будто она какая-то воровка. Разговор прерывает приход отца Элизы. «Он импозантно одетый, словно на свадьбу, и сам похож на жениха». Господин Дулитл так увлечен целью визита, что направляется прямо к Хігінса с обвинениями. Он упрекает ученому, что тот написал о нем в Америку основателю «товариствів моральных рехворм». Узнав о Дулитла, американский миллионер Эзра Д. Уоннафеллер перед смертью отписал сміттярю «половину акций своей сирожувальної хвабрики » при условии, что тот шесть раз в год будет проводить занятия во «Всемирной лиге моральных реформ». И вот теперь старый мусорщик страдает от того, что, разбогатев, имеет только одна забота: нашлась целая куча родственников, которые идут к нему с протянутой рукой; адвокаты требуют денег; врачи пугают его многочисленными болезнями, чтобы только он доверил им лечить себя; дома все за него делают другие, чтобы он только деньги платил.

Ему трудно нести бремя ответственности, которое возложили на него деньги, но отказаться от наследства он тоже не может, ведь выбрать попрошайничество и работный дом на старости рука не поднимается.

Госпожа Хігінс очень радовалась тому, что Дулитл разбогател и теперь способен обеспечить будущее своей дочери. Генри заявил, что старик не имеет никакого права на Элизу, ведь взял за нее пять фунтов.

Госпожа Хігінс стала упрекать сыну, что он и полковник плохо относились к девушке, презирали ее. Вот поэтому Элиза сбежала из дома. Мать хотела, чтобы Генри был учтив с девушкой, а Дулитл должен пока молчать о свое новое положение. Генри сердито падает в кресло, а старый выходит на балкон.

В комнату гордо и степенно входит Элиза. В руках девушки небольшой рабочий корзину, из которого она вынимает шитье и начинает работать, не обращая ни малейшего внимания на Хігінса.

Элиза разговаривает с полковником. Она благодарит Пікерінгу за то, что именно от него узнала, «как следует вести себя в приличном обществе». Ее истинное воспитание началось тогда, когда полковник впервые обратился к ней «панно Дулитл». Много мелочей в поведении Пікерінга были примером для девушки, подносили ее человеческое достоинство, а вот Хігінс относился к ней как к цветочницы, и с ним она никогда бы не стала леди.

Слушая разговор о нем, Хігінс бесился от злости, но Элиза вела себя так, как будто его не было в комнате. И только появление отца вывела ее из равновесия и снова превратила девочку из лондонского дна.

Старый Дулитл сообщил дочери, что женится, и пригласил всех присутствующих принять участие в церемонии. Пикеринг и госпожа Хігінс ушли из комнаты, оставив Генри и Элизу наедине. Между ними происходит разговор, которая похожа на дуэль между врагами. Элиза заявляет права на сохранение собственного достоинства, сравнивает Хігінса с трактором, который пре только вперед, не замечая никого, кичится тем, что ее любит молодой и привлекательный Фредди, готов хоть сегодня жениться на ней.

В свою очередь Хігінс сказал, что готов уважать не рабыню, которая с готовностью приносит шлепанцы, а равноправного партнера. Он признался, что пристрастился к ее лица и голоса, но никогда ради нее не свернет со своего пути. И если ей хочется, чтобы какой-то дурак проводил одну половину своего времени возле нее, млея от чувств, а вторую - украшая ее синяками, то пусть она сейчас же забирается к той канавы, откуда он ее вытащил.

В отчаянии от таких слов Элиза заявила, что выйдет замуж за Фредди и пойдет учительствовать. Будет учить багатійок того, чему ее научил ученый. Хігінс поражен до глубины души тем, что все-таки сделал с Элизы настоящую женщину, которая никогда не позволит смеяться над собой, не будет покорно выполнять волю мужа. «Такой вы мне нравитесь», - в восторге восклицает профессор. Теперь он воспринимает ее Одновременно и как крепостную башню, и как броненосец. «Вы, я и Пикеринг теперь не просто двое мужчин и одна глупая девчонка. Мы теперь трое убежденных одиночек!»

В комнату возвращается госпожа Хігінс, одетая для брачной церемонии. Она приглашает Элизу ехать к церкви. Девушка направляется к двери, а Хігінс вдогонку дает ей несколько поручений. Элиза с нескрываемым презрением отвечает на это будто заранее заготовленными фразами о невозможности выполнить ни одно из них.

Госпожа Хігінс поражена отношениями Генри и Элизы и не знает, что и думать. Женщины уходят, а вслед им раздается смех Генри: «Она мечтает жениться Фредди! Ха-ха! С Фредди! Ха-ха!»

Комментарии посетителей к произведению "Шоу Бернард - Пигмалион (другая версия перевода) сокращенно":