Интернет библиотека для школьников
Украинская литература : Библиотека : Современная литература : Биографии : Критика : Энциклопедия : Народное творчество |
Обучение : Рефераты : Школьные сочинения : Произведения : Краткие пересказы : Контрольные вопросы : Крылатые выражения : Словарь |
Зарубежная литература: Краткие пересказы - произведения сокращенно > Ш > Шолом-Алейхем > Песня песен (подробный пересказ) (сокращенно) - электронный текст

Песня песен (подробный пересказ) (сокращенно) - Шолом-Алейхем

Краткий пересказ, краткое изложение содержания

Часть первая

БУЗЯ



1

Бузя - ласкательное имя, созданное с Эстер-Люби: Любузя - Бузя... Она меньше меня на один или два года, а нам обоим нет еще и двадцати лет.

Мой старший брат Беня жил на селе, арендовал мельницу, умел хорошо стрелять, ездить верхом на лошади и плавал, как бес. Но это как будто про него сказано в поговорке: «Все хорошие пловцы тонут». Беня утонул в реке и оставил молодую вдову с ребенком. Вдова вышла замуж и уехала далеко, а ребенка привезли к нам.

То была Бузя.



2

Мои родители любили Бузю, как родного ребенка. «Они нашли в ней утешение от горя». А я? Почему без нее мне еда не лезет в горло, а как она приходит, становится свет во всех уголках? Почему я при ней опускаю глаза и плачу, как она смеется?



3

Я долго ждал вожделенное праздник - пасху. Тогда я буду играть с Бузею в орехи, буду ходить к реке, пускатиму утят на воду. Когда я ей говорю об этом, она смеется, потому что не верит мне ни на крошку. Пусть только наступит пасха, «я ей покажу такие штуки, что она даже удивится».



4

На пасху «нас обоих одели в царские наряды». «Я смотрю на Бузю и вспоминаю « Песнь песней ».. . стих за стихом: « Прекрасна ты, возлюбленная моя - о, какая же ты красивая! Глаза твои - голубки, волосы - стадо коз, спускающихся вниз с горы, зубки у тебя-стадо белых ягнят, из реки выходят равно в друга, губки - пурпурная лента, речь твоя, как мед, сладкая».



5

Замечательный канун пасхи. Солнечная час. «Песня воздуха».

Иметь насыпала нам полные карманы орехов, но приказала их не щелкать перед ужином. «Мы выходим из дома... на Улице хорошо. На улице любо». Солнце уже смотрит вниз на окраине города. «Широко, просторно и вольготно вокруг». Где-то выглядывает зеленая травка, с визгом пролетает стая ласточек, и я снова вспоминаю «Песнь песней»: «Ростки-травки уже появились на земле, пора соловья наступила, и голос первой летней птички зазвучал в нашей стране».



6

«Из города доносится странный шум». Люди готовятся к пасхе.

«В этот миг весь мир приобретает в моих глазах совсем другой вид». Наш двор - замок, дом - дворец, я - принц, Бузя - принцесса, бревна возле дома - кедры и буки из «Песни песен», кошка - одна из полевых ланей, бугорок за синагогой - гора Ливана. Женщины и девушки на дворе - дочери Иерусалима. «Все-все из "Песни песен"».

Бузя не отстает от меня ни на шаг. «Я не могу ходить медленно, меня поднимает в воздух... Я прыгаю на бревне, с одного бревна на другое. Бузя прыгает со мной вместе...

- Пока еще будем прыгать? - спрашивает Бузя.

- «Пока день холодом дышит и тени простираются», - отвечаю ей языке «Песни песен». - Ты устала, а я - нет!»



7

«Бузя не умеет делать того, что я умею». Я счастлив, и вместе с тем мне жаль ее. «Бузя имеет такую привычку: веселая... а потом вдруг... заплачет». За кем она плачет? За отцом? За матерью, которая покинула ее? Бузя никогда не говорит о ней, но не любит мать. А я не люблю, когда Бузя расстроена. «Сажусь возле нее на колодки и пытаюсь развеять ее грустные мысли».



8

«Я держу руки в карманах, торохчу орехами и говорю ей: «Угадай, что я могу сделать, когда захочу?» Я говорю, что могу сделать так, что все ее орехи перейдут ко мне, ибо я знаю волшебное слово. Она недоверчиво смотрит на меня, а я чувствую себя всесильным и рассказываю ей о каббале. С помощью каббалы можно сделать так, чтобы я тебя видел, а ты меня нет... Можно добыть вино из камня и золото из стены... Можно сняться вплоть до облаков и еще выше облаков!..»



9

Сняться с Бузею в небо и улететь далеко за океан - это была одна из моих любимых грез. За океаном начинается страна добрых карликов, которые питаются только конфетами и миндальным молоком. Они очень гостеприимны, любят петь, танцевать, играть на флейтах. Гостей карлики «одаривают самым дорогим нарядом», а в кармане пичкают бриллианты, что валяются у них на дорогах.

Бузя не верила моим рассказам о карликов, а я сказал, что слышал о них в хедере.



10

Бузя не верит в чудеса, которые можно творить с помощью кабалы. Она, кажется, смеется с меня, показывая все свои зубки-перлики. Чтобы убедить ее, я говорю, что с помощью каббалы я смогу привести сюда ее мать верхом на помеле. От этих слов «тучка надвинула на ее красивое, ясное личико, и мне кажется, что солнце вдруг скрылось... мне Не надо было прикасаться болячки, вспоминая ее мать». Я хочу помириться с ней, хочу сказать ей языке «Песни песней»: «Вернись, вернись, Суламифь, - обернись ко мне, Бузю!..» Вдруг слышу голос из избы:

- Шимек! Шимек!

«То мать зовет меня, чтобы я пошел с отцом в синагогу».



11

«Идти с отцом в синагогу - разве есть большее наслаждение?» И я затримуюсь у Буге и признаюсь, что сказал ей неправду. «Сделать с помощью кабалы так, чтобы кто-то другой летел, - этого нельзя». Но я могу полететь сам вплоть до Ледяного моря.




12

Я объясняю Буге, что «Ледяное море - это Ледовитый океан, вода там густая, как студень, и соленая, как рапа». Люди, попав туда, не смогут никогда оттуда вернуться. Я полечу над морем, как орел, вплоть до суши, пролечу над двенадцатью высокими горами, что пышут огнем, пройду пешком семь миль, дойду до дремучего леса, переплыву ручеек и відрахую семь раз по семь. Тогда появится передо мной дряхлый старичок с длинной бородой и спросит: «Какое твое желание?» Я захочу увидеть зачарованную царевна в хрустальном дворце. Потом я избавлю ее.

«Не надо лететь так далеко... Послушайся меня, не надо!» , - говорит Бузя.



13

Я смотрю в глаза Буге и вижу в них золотое солнце, что прощается с днем. Шум утихает. На улице нет ни одного человека. «В окнах домиков появляются огоньки праздничных свечей. Удивительная, торжественная тишина окутывает нас с Бузею.

- Шимек! Шимек!»



14

«Уже третий раз мать зовет меня, чтобы я пошел с отцом в синагогу... Бузя услышала, что меня зовут, - она вырывает свою руку, вскакивает и гонит меня:

- Шимек, уже время. Иди! Иди!..»

Бросаю на нее последний взгляд. В этот волшебный вечер она кажется мне заколдованной принцессой. Я останавливаюсь, «но она показывает рукой: «Иди! Иди!..» И мне кажется, что она мне говорит языке «Песни песней»: «Беги, мой милый, беги, мой любимый! И будь подобен оленя или к серны на горах душистых!»



Часть вторая

ИДЕМ ПО ЗЕЛЕНЬ



1

День перед зелеными святками.

Мы с Бузею быстро сходим на гору. За горой бежит речушка, над ней стелется кладка из досок. «Река течет, лягушки квакают, доски шатаются.. .» А дальше начинается рай, начинаются мои имения - левада, «большое поле, тянется, тянется без конца, без края». Там лучшие запахи, там у меня есть множество деревьев, бугорок, на котором хочу - сижу, хочу - говорю волшебное слово, здіймаюся и лечу за черные горы.

- А оттуда, - перебивает меня Бузя, - ты идешь семь миль пешком, пока не приходишь к маленькой речушки?

- Нет, до дремучего леса, потом к речушке.

- Речушку ты перепливаєш и одлічуєш семь раз по семь.

- И появляется дряхлый дед с длинной бородой...

- Он спрашивает тебя: «Какое твое желание? »

- А я говорю: «Поведи меня к царевне...»

«Бузя вырывает свою руку из моей руки и бежит... Она не любит царевны. Все сказки она любит, только не о царевне...»



2

«Ха-ха-ха! Все думают, что я и Бузя - это брат и сестра», потому что она дочь моего погибшего брата. «А мы вдвоем живем, как брат и сестра, и любимось, как брат и сестра... Почему же Бузя меня стесняется?»

«Однажды мы остались вдвоем» - на целый дом. Я рассказываю ей сказки из «Тысячи и одной ночи». Ее рука в моей руке. Вдруг она вырывает свою руку. «Почему, Бузю? Почему нельзя держаться за руки? Разве мы не брат и сестра?» - спрашиваю ее. «Э, когда бы мы были братом и сестрой», - говорит Бузя, и мне слышатся слова из «Песни песней»: «О, если бы ты был мне родным братом, - почему ты мне не брат?!»



3

Канун троицы. Мы бежим с горы. Бузя сердится на меня за царевну. Она не дает мне своей руки. Она стесняется. Почему она покраснела? И снова в памяти всплывают строки из «Песни песней»: «Пойдем, мой милый, пойдем, милый мой. Пойдем далеко-далеко в поле...»



4

«Река журчит, лягушки квакают, доски хилитаються, а Бузя дрожит». Она боится переходить через реку по мостику. Я обнимаю ее, и мы переходим на ту сторону. Она молчит, а мне слышатся слова из «Песни песней»: «Я принадлежу моему другу, а друг мой принадлежит мне - я твоя, а ты мой...»

Я не знаю куда мне смотреть: в шатер голубого неба, на зеленую одеяло долины, в Бузине хорошие, большие глаза, в которых спрятаны глубокая тоска, боль, обида на мать, которая бросила ее.

«Моя мать - это ее мать. Мой отец - это ее отец». Они любят ее, как родную, и ни в чем не могут отказать. Они даже позволили пойти нам за реку на леваду. Мать и отец, может, двадцать раз приказывают мне, что «там есть мостик, а под мостом вода - река, река, река...»



5

Мы с Бузею, забыв обо всем, носимся по леваде. Я ахвастаю перед ней своими поместьями: деревьями, песком, бугорком, из которого я, когда хочу, здіймаюсь в воздух и лечу себе, как орел.

Бузя смеется с меня, а я обижаюсь. Тогда она берет меня за руку - и обида мгновенно исчезает.



6

Мы сидим на холме, и я рассказываю сказки. Я говорю ей, что через много лет мы станем взрослыми и поженимся... «Мы сейчас же с помощью волшебного слова здіймемось в воздух более облака и объедем весь мир». Побываем во всех странах и везде закатим что-то интересное. И никто нас не увидит.

Бузя очень хочет побывать там, где живет ее мать, и учудить что-то с отчимом. Не с матерью, которая заехала невесть куда и забыла о ребенке, а именно с ее новым мужем.



7

Бузя плачет. Я корю себя последними словами за то, что напомнил ей о матери. Я хочу сказать ей языке «Песни песней»: «Покажи лицо твое, дай послушать твой голос...»

« Вдруг... Откуда это сюда взялись отец и мать? »



8

Это они прибежали сюда узнать, не случилось с нами, не дай бог, какое-нибудь бедствие», ведь здесь мостик, вода, река.

«А где же ваша зелень? » - спрашивают родители. Мы переглядываемся, и я как будто слышу слова из «Песни песней»: «О, если бы ты был мне родным братом!»

.........................................

«Ну что же, обойдемся без зелени, - говорит, улыбаясь, отец.- Главное, хвала Всевышнему, с детьми ничего ке случилось». Родители счастливо улыбаются.

«Чудные, чудные люди - мои родители!»

.........................................



Часть третья

ТОЙ НОЧЬЮ



1

«Дорогому сыну...» Так начиналось письмо, в котором отец присылал деньги, просил приехать, потому что стыдно перед людьми, что единственный сын забыл родной дом. Еще в письме было сообщено, что Бузя после троицы выходит замуж.

Отец писал остро впервые с того времени, как мы разошлись, не ссорясь. «Я нарушил его заветы. Пошел своей дорогой - отправился учиться». Письма из дома были короткие, сухие, но в своем царстве грез я этого не замечал. И последнее письмо, где речь шла о свадьбе Буге, меня разбудил. Бузя, которая всегда была для меня заколдованной царевной, теперь чья-то невеста? «Чья-то, не моя?!»



2

«Каждый раз, когда я видел Бузю, я должен был вспомнить Суламифь, что в «Песни песней». Мы любились, как брат и сестра. Я рассказывал ей сказки, и она любила их слушать. Только одну сказку Бузя не любила - «о царевне, которую очаровали, схватили из-под венца и посадили в хрустальный дворец на семь лет, а я лечу освобождать ее...»

«А теперь пишут мне, что ее надо поздравить. Она заручилась... Бузя - невеста! Чья-то невеста! Чья-то, не моя...»



3

«В тот же день, когда получил от отца письмо, я сел и помчался домой».

Городок совсем не изменилось. «Не хватало только «Песни песен». Нет! Теперь здесь уже не «постное-песенно», как было прежде».



4

Дома «ничто не изменилось и на волосок». У отца только прибавилось серебра в бороде, а в матери румяное личико пожелтели.

Бузя тоже ничуть не изменилась.

«Не стала другой ни на волосок. Выросла только. Выросла и лучше стала... Глаза - такие же красивые, синие глаза из «Песни песен». Только более задумчивые, заглубленные, расстроены.

Как гляну на Бузю, помнится она бывшая: праздничные платья, маленькие ботинки, глаза голубки, волосы - стадо коз, зубки - стадо белых ягнят, губки - пурпурная лента и, как мед, сладкая речь.



5

Я поздравляю Бузю. Щеки ее покраснели, а глаза она опустила. Почему?

«Говорить с ней - негде». Рядом отец, мать, родственники, соседи. Все хотят увидеть меня, услышать, где был и что слышал. Я встречаюсь с глазами Буге, и приходит мне в голову, как когда-то «Песнь песней»: «запертый Сад - сестра моя, невеста».



6

Буря и гнев против себя в моей душе. Я сержусь на те глупые мальчишеские мечты, ради которых я покинул родных, забыл Бузю, потерял свое счастье, потерял навеки...

Потерял? Это невозможно. Пусть только перевернусь с Бузею несколькими словами. Но все стоят вокруг меня, все хотят меня увидеть и послушать, «все осматривают меня, как медведя, как существо из другого мира».

Внимательнее всех слушает меня отец. Он спокойный, но чувствую, что он обижен, ведь я нарушил отцу заветы, пошел своей дорогой.

Мать со слезами на глазах стоит и слушает меня, «глотает, глотает каждое мое слово».

Бузя вместе со всеми смотрит мне в рот, глотает каждое мое слово. Я пытаюсь что-то прочесть в ее глазах и ничегошеньки не понимаю.



7

«Люди понемногу расходились, и мы остаемся сами: отец и мать, я и Бузя». Мать вносит знакомую пасхальную тарелку, Бузя подает нож и вилку. Все мне знакомо. Ничто не изменилось. Разве что накануне праздника мы тогда ели с Бузею из одной тарелки. И полные карманы орехов тогда дала нам мать. И мы тогда взялись за руки и полетели, как орлы. И прыгали вместе с бревна на бревно.

- Шимек, пока мы еще будем бегать?

«А я отвечаю ей языке «Песни песней»:

- «Пока день холодом дышит и тени тянутся...»



8

Это было много лет назад. «Теперь Бузя выросла, стала взрослой. И я вырос, стал взрослым. И невестой Бузя стала чьей-то невестой, чьей-то, не моей...»

Я хочу сказать ей языке «Песни песней»: «Покажи мне лицо твое, дай послушать твой голос». Я хочу услышать в ответ: «Пойдем, мой дорогой, пойдем, милый, выйдем в поле - не здесь, а на улице... на улице... Там я тебе скажу».

Я схоплююся и мимоходом говорю Буге:

- Может, немного прогуляемся. Я хочу увидеть город...



9

«Что это произошло с Бузею? Зашарілося ее лицо, словно пламенем взялось. Но надо уже идти в синагогу. Мы начинаем переодеваться...

Но что это с Бузею? Ее лицо погасло, как заходящее солнце, как день, что меркнет...

О чем думает теперь Бузя? Обо мне, о матери, которая забыла, что имеет дочь, своего жениха, которого, наверное, навязали ей наши отец и мать против ее воли?» Или, может, она считает дни до свадьбы со своим любимым женихом, ее избранником? А мне она только сестра.

«Нет. Сегодня не смогу сказать Буге ни слова, ни полслова даже... Мы с отцом перевдягаємось и идем в синагогу».



10

Наша старая-старая синагога тоже « не стала другой ни на волосок... Только немного почернели стены... постарели ряды ».

«И прихожане мало изменились. Только немного постарели. Черные бороды сделались седые. Уровне спины согнулись». А наш старый раввин совсем не изменился: «был белый как снег и остался белый как снег».

Синагогальный служка Азріел так и остался без каких-либо следов бороды. Как и прежде, он хорошо стучит по столу, когда нужно за ходом богослужения. Правда, теперь уже не можно оглохнуть, как раньше, от того грохота.

Когда-то, много лет назад, моя маленькая душа витала вместе с ангелами под расписными сводами. Здесь я вместе с отцом истово и горячо молился.



11

И вот опять все молятся истово и горячо, но мои мысли далеки от молитвы. Я хотел молиться вместе со всеми, но в молитвеннике наталкиваюсь на «Песнь песней»: «Прекрасна ты; возлюбленная моя! О, какая же ты красивая! Глаза твои - голубки...»

И снова: «я Пришел в мой сад, сестра моя, невеста... Насобирал я мирры, нюхал зелье мое, ел мед мой, напился вина...»

Но что я выдумываю? «Сад - не мой сад. Бузя - не моя невеста. Бузя чья-то невеста. Чья-то, не моя!..» Как я мог допустить это? Разве она не писала, что ждет меня? Чего же я откладывал встречу так долго, пока она бросила писать?



13

С поздравлениями мы входим с отцом в дом. С поздравлениями Бузя и иметь встречают нас. Ничто не стало другим ни на волосок.

«Как много лет назад, так и сейчас, этой ночью, наша хата полная прелести... Праздничный блеск разлился по нашей хате»: скатерть, как свежий снег, свечи ясніють в серебряных подсвечниках, мама, как царица, а Бузя - царевна из «Песни песен».

«Жаль, что «царевича» посадили так далеко от «царевны», что нельзя, как раньше, рассказать сказочку про заколдованную царевну, что сидела в хрустальном дворце семь лет и ждала, пока кто спасет ее...»



14

Сказки были много лет назад. «Теперь царевна уже выросла, стала взрослая. И царевич вырос, стал взрослый». Мы с отцом вслух читаем агаду (молитвенник), а Бузя и иметь шепотом повторяют стих за стихом. Отец доходит до «Песни песней»: «большие воды - никакие воды не погасят любви...» - и я подхватываю: «И реки не смоют - и реки не могут его затопить...»

Отец, сморенный четырьмя чашами вина, клюет носом и потихоньку засыпает. Деликатно, трогательно мать будит его и отводит спать, а мы с Бузею можем перекинуться несколькими словами.

Я предлагаю пойти прогуляться и поговорить, но Бузя отвечает, что завтра мы обо всем поговорим. Я подхожу к ней, чувствую знакомый запах ее волос, и на ум приходят слова из «Песни песней»: «Мед течет из уст твоих, невеста. Мед и молоко под языком твоим. А запах одежды твоего - благоухание горы Ливана!..»

Дальше мы уже говорим только глазами...



15

Поступает мать и ведет меня в отдельную комнату. «Там иметь разглаживает своими красивыми белыми руками белую одеяло на моей кровати, а ее губы шепчут:

- Спи здоровенький, дитя мое, спи здоровенький...»

В этих словах столько любви, что я готов упасть перед ней на колени. Но я этого не достоин. Тихо говорю ей:- спокойной ночи, - и остаюсь один среди этой ночи. «И я спрашиваю себя: "Неужели? Неужели?"»

Неужели я навеки прозевал свое счастье? Неужели я сжег волшебный дворец и выпустил царевну?

«Той ночью я узнал новость.

Я люблю Бузю».



Часть четвертая

В СУББОТУ ПОСЛЕ ТРОИЦЫ



1

«И был вечер. И было утро».

Того хорошего, замечательного утра я встал первый. Еле-еле, как будто крыльями ангела, касался легкий, еще прохладный ветерок полусонной земли.

«Я проснулся, и первая моя мысль была: Бузя!»



2

Бузя - это дочь моего погибшего брата Вене. Мы росли, как брат и сестра. И любились, как брат и сестра.

«Промелькнули годы. Я ушел из дома против воли моих родителей», а вернулся, когда получил письмо из дома с вестью, что Бузя уже помолвлена.

«И застал я Бузю уже взрослую и красивую, еще лучшую, чем была прежде. И гнев вспыхнул в моем сердце против самого себя, что для мальчишеских золотых грез я покинул отца, мать и потерял свое счастье».

Вернувшись, я увидел Бузю и понял, что люблю ее той святой, адской любовью, которую так хорошо воспет в «Песни песней»: «Ибо сильна, как смерть, любовь, ярости, как преисподняя, ревность, стрелы ее - стрелы огненные. Она - пламя Господне».



3

Я ошибался: моя мать проснулась раньше меня. Она наливает чаю и подает мне своими красивыми белыми руками.

Она садится напротив меня и тихо говорит, что отец стареет, очень кашляет и упорно отказывается идти к врачу.

Так исподтишка мать рассказывает мне, сколько они намучились с Бузею, пока она дала согласие выйти замуж за очень хорошего юношу из богатой семьи. Бузя долго упиралась, а сейчас помолвлены каждый день пишут друг другу письма. День в день!



4

«Кто же она, что, как заря, сияет, красивая, как месяц, ясное, как солнце?..»

То вышла Бузя. Я мог бы поклясться, что она или плакала, или не спала целую ночь. Почему? Кого она видела во сне? Меня или другого, того, кого ей навязали родители против ее воли?



5

Бузя - болезненная тайна для меня. Как летний облачный день, меняется ее настроение.

Нет дня, чтобы она не получила письмо от «кого-то» и не ответила «кому». И те считанные минуты, когда мы остаемся вдвоем, она рассказывает мне о нем, говорит, какой он хороший, милый, но... «Далеко ему до тебя. Куда ему до тебя!..»

После утренней молитвы и завтрака Бузя позвала меня прогуляться. В ее словах я услышал отголосок «Песни песней»: «Пойдем, милый мой, выйдем в поле, ночевать в селах! Утром рано пойдем в виноградники. Посмотрим, развилась лоза виноградная, цветут уже гранатовые деревья?»



6

В этот погожий летний день земля прибралась в зеленые одеяния, оздобилась роскошью пестрых полевых цветов.

На Буге сине-бежевое платье, легкая, как дым, прозрачная, как воздух, как небо. В руках красочная, как поле, зонтик.

Бузя весело говорит, что умолила мать в последний раз попрощаться с городом, с окрестностями, с мельницами, рекой, мостиком. Мне кажется, что смеется Бузя как-то натянуто, неестественно.

Я напоминаю ей, как когда-то мы бегали здесь, взявшись за руки, как рвали зелень на праздник, как переходили реку этим мостиком.

Бузя подает мне букет душистых цветков и смотрит на меня своими красивыми синими глазами из «Песни песен» «И взгляд этот мне пробирает душу».



7

«Мы уже далеко за околицей... Взявшись за руки, идем вдвоем мостиком. Доски хилитаються ».

«Мне кажется, что Бузя жмется ко мне все ближе. Я слышу знакомый аромат ее красивых волос», и кажется мне, что слышу от нее слова из «Песни песней»: «Я принадлежу моему другу, а друг мой принадлежит мне...» Жаль, что мостик такой короткий. Бузина рука выскальзывает из моей руки - и солнце, и небо, и поле, и река, и лес потеряли всю свою прелесть в моих глазах.



8

Бузя верит в сны. Она говорит, что вчера во сне к ней пришел отец с того света и сказал, что придет к ней на свадьбу.

Бузя считает себя глупой, и я не могу ее убедить, что это совсем не так.

Словно красочная цветок, выглядит Бузя на этом красочном поле. Я очарован. Я пьяный.



9

«Цветком кажется Бузя, лилеей из Сарона. Цветущей розой... Я очарован. Я пьяный...

Никогда, никогда еще не была Бузя такой настоящей Суламіф'ю из «Песни песен», как того дня ».

Мы садимся на знакомый бугорок, и я напоминаю ей сказку про заколдованную царевну. Бузя перебивает и, смеясь, заканчивает ее вместо меня.

Время уже говорить с ней серьезно, время раскрыть перед ней сердце... И я заканчиваю свое мнение языке «Песни песней»: «Пока день холодом дышит - первых, чем погаснет день, этот счастливый день, и тени протянутся - и засутеніє...»



10

Я раскрыл перед Бузею свое сердце, рассказал, что привела меня домой известие о ее помолвке Клянусь рекой, лесом, небом, солнцем, «что я приехал сюда только для нее, потому что... я люблю ее...» Наконец это слово вырвалось.



11

Бузя плакала, спрятав лицо в руки, все сильнее и сильнее. «Солнце перестало греть. Река - течь. Лесок - зеленеть. Насекомые - летать. Птицы - петь».

Так плачет ребенок, потеряв родителей.

Так плачет женщина, тоскуя по своим любимым.

Так плачет человек, тоскуя по своим жизнью.

Бузя не хочет радоваться моим словам. Слишком поздно, говорит она, слишком поздно я вспомнил о ней. Наши пути различны.



12

«Бузя перестала плакать - и все ожило... И ее слезы высохли, как высыхают капли росы под горячим солнцем». Я хочу обратиться к ним словами «Песни песен», но Бузя имеет собственную «Песню песней». Она не перестает хвалить того, другого, говоря, что он хороший и порядочный. «Может, он не такой ученый, как другие, зато он добрый. Зато он мне предан. Зато он любит меня».

Ее голос странно звучит, и мне кажется, что этот голос хочет перекричать другой голос. Внутренний голос.



13

Бузя порывисто вскакивает. Она стоит надо мной гордая и прекрасная, как Суламифь.

- «Оглянься, оглянься, Суламифь», - возвращайся ко мне, Бузю, пока не поздно.

Зря. Зря. Бузя не хочет слушать.



14

«Проходят дни. Проходят недели». Прошло много суббот после праздников, «а я все еще гощу в своем городке. Что я здесь делаю? Ничего! Каждый день иду на прогулку за город. Туда - за мельницу, через мостик, к красочного поля. Там я сажусь на холме, где мы вдвоем когда-то, много лет назад бегали, как молодые олени, и прыгали, словно серны. Там я могу оплакивать незабываемую Суламифь из моего «постное-песенного» романа».



15

«Что с Бузею? Какой конец? Конец - хотя бы самый лучший - это печальный аккорд. Начало - самое худшее начало - лучше, чем лучший конец». Я лучше расскажу начало. «У меня был брат Беня. Он утонул в реке. Оставил ее, звали ее Бузя. И так далее...»

Начало - пусть будет концом моего настоящего печального романа, которого я позволил себе назвать «Песня песен».

Комментарии посетителей к произведению "Шолом-Алейхем - Песнь песней (подробный перевод) сокращенно":