Интернет библиотека для школьников
Украинская литература : Библиотека : Современная литература : Биографии : Критика : Энциклопедия : Народное творчество |
Обучение : Рефераты : Школьные сочинения : Произведения : Краткие пересказы : Контрольные вопросы : Крылатые выражения : Словарь |
Библиотека зарубежной литературы > М (фамилия) > Мопассан Ги де > Покровитель - электронная версия книги

Покровитель - Мопассан Ги де

Ги де Мопассан
Покровитель

Он никогда и не мечтал о столь блестящую карьеру. Сын провинциального судебного исполнителя, Жан Марен приехал в Париж, как множество других, чтобы пройти курс юридических наук в Латинском квартале. В различных пивных, которые он тщательно поочередно посещал, он сдружился с несколькими говорунами-студентами, любили поговорить о политике за кружкой пива. Он восхищался ими, упорно ходил за ними из кафе в кафе, даже платил за них, когда у него бывали деньги.
Потом он стал адвокатом и начал вести дела, которые обычно проигрывал. Но вот однажды утром он узнал из газет, что один из его бывших приятелей по Латинскому кварталу избран депутатом.
Он снова стал его верным псом, другом из числа тех, на кого сваливают неприятные поручения и хлопоты, за кем посылают, когда есть в том нужда, и с кем вообще не церемонятся. Но случилось так, что благодаря парламентскому интриге депутат стал министром; а через шесть месяцев Жан Марен был назначен государственным советником.
Сначала его охватила такая гордость, что он совсем потерял разум. Он ходил по улицам, чтобы показать себя, словно с самого его виду можно было догадатись о его высокое звание. С самых незначительных поводов он умудрялся говорить торговцам, у которых что-нибудь покупал, продавцам газет и даже возчикам:
- Я, как государственный советник...
Впоследствии, как следствие его высокого положения, как профессиональная неизбежность, как обязанность влиятельной и великодушного человека, у него возникла властная потребность покровительствовать. Всем на свете предлагал он с необыкновенной щедростью свою поддержку, пользуясь каждым случаем.
Встретив где-нибудь на бульваре знакомого, он подходил к нему с восторженным видом, пожимали ему руки, спрашивал о здоровье, потом, не дожидаясь вопросов, заявлял:
- Знаете, я ведь государственный советник и я весь к вашим услугам. Если я могу быть вам чем-нибудь полезным, рассчитывайте на меня без всяких церемоний. В моем положении можно много чего сделать.
И он заходил с приятелем, что встретился ему, в кафе, просил принести перо, чернила и лист почтовой бумаги - "только Один лист, голубчик, мне надо написать рекомендательное письмо".
И он писал такие рекомендательные письма по десять, двадцать, пятьдесят в день. Он писал их в Американском кафе, в Біньйона, у Тортони, в Мэзон Доре, в кафе Риш, в Ельдера, в Английском кафе, в Неаполитанском - везде, везде. Он писал всем чиновникам республики, начиная с мировых судей и кончая министрами. И он был счастлив, совершенно счастлив.
Однажды утром, когда он вышел из дома и направился в Государственный совет, начал накрапывать дождь. Он хотел было нанять фиакр, но раздумал и пошел пешком.
Дождь все крепчал, заливал тротуары, затопил брук. Господин Марен вынужден был скрыться в подъезде. Там уже стоял какой-то священник, старый, седовласый. До того как стать государственным советником, господин Марен недолюбливал духовенство. Но с того времени, как один кардинал вежливо попросил у него совета в одном запутанном деле, он начал относиться к церкви с уважением. Дождь лил как из ведра, и, спасаясь от брызг, оба отступили в глубь подъезда, до швейцарской. Господин Марен, которому так и хотелось, как всегда, поговорить и похвастать, сказал:
- Какая ужасная погода, господин аббат!
Старый священник кивнул головой:
- О да, господин, и особенно это неприятно для тех, кто приезжает в Париж всего на несколько дней.
- А, вы из провинции?
- Да, сэр, я здесь только проездом.
- Действительно, это очень неприятно - приехать в столицу на несколько дней и попасть в дожди. А мы, чиновники, живем здесь целый год, и нас это мало беспокоит.
Аббат не ответил. Он смотрел на улицу - ливень стихала. Наконец, решившись, он подобрал сутану, как женщины подбирают платья, переходя ручей.
Господин Марен, видя, что он собирается уходить, воскликнул:
- Вы промокнете насквозь, господин аббат. Подождите еще несколько минут, дождь сейчас перестанет.
Старик нерешительно остановился, потом сказал:
- Видите ли, я очень спешу. У меня важное свидание.
Господин Марен был полон сочувствия:
- Но вы промокнете до нитки. Позвольте спросить, в какую сторону вам идти?
Кюре, казалось, заколебался, потом ответил:
- Я иду в направлении Пале-Ройялю.
- В таком случае, господин аббат, позвольте предложить вам мой зонтик. Я иду в Государственный совет. Я государственный советник.
Старый священник поднял глаза, глянул на соседа и сказал:
- Спасибо вам, сударь, и охотно принимаю ваше предложение.
Тогда господин Марен взял старика под руку и потащил его. Он руководил им, следил за ним, советовал:
- Осторожно, здесь канава, господин аббат. Особенно берегитесь экипажей; колеса экипажей иногда забрызгивают грязью с ног до головы. Остерегайтесь пешеходов с зонтиками. Нет ничего более опасного для глаз, как острые спицы зонтиков. Особенно невыносимы женщины: они ни на что не обращают внимания и всегда, в дождь и жару, тычут вам спицами своих зонтиков прямо в лицо. Да и вообще они ни с кем не считаются. Можно подумать, что весь город принадлежит им. Они господствуют на тротуарах и на улице. Я лично считаю, что женское воспитание у нас очень запущенное.
И господин Марен захохотал.
Кюре молчал. Он шел, чуть сгорбившись, тщательно выбирая, куда ступить, чтобы не испачкать ни обуви, ни сутаны.
Господин Марен вел дальше:
- Вы, видимо, приехали в Париж немного развлечься?
Старик ответил:
- Нет, у меня есть дело.
- А! И важное дело? Позвольте спросить, в чем она заключается? Если я могу быть вам полезным, я вполне к вашим услугам.
Кюре, казалось, смутился. Он пробормотал:
- О, это небольшая дело личного характера. Маленькое недоразумение... с епископом. Вам это не будет интересно. Это... это дело внутренняя... сугубо церковное.
Господин Марен пытался услужить.
- Но Государственный совет как раз занимается этими делами. В таком случае, рассчитывайте на меня.
- Да, господин, в Государственный совет я и иду. Вы безмерно добрые. Мне нужно увидеться с господином Лерепером и господином Савоном, а возможно, также и с господином Петипа.
Господин Марен резко остановился.
- Но это же мои друзья, господин аббат, мои лучшие друзья, замечательные товарищи, прекрасные люди! Я дам вам рекомендации до всех трех - и самые горячие рекомендации, звіртесь на меня.
Кюре не знал, как благодарить, рассыпался пробаченнями, лепетал слова благодарности.
Господин Марен был в восторге.
- Ну, вы можете похвастаться, что вам повезло, господин аббат. Вот увидите, вот увидите, что благодаря мне ваше дело пойдет, как по маслу.
Они пришли в Государственный совет. Господин Марен пригласил священника к себе в кабинет, предложил ему кресло, посадил его перед камином, потом сам сел за письменный стол и начал писать:
"Дорогой коллега, позвольте якнайщиріше рекомендовать Вам уважаемого и достойного похвалы пастыря, господина аббата..."
Он остановился и спросил:
- Простите, как ваша фамилия?
- Аббат Сентюр.
Господин Марен снова начал писать.
"...господина аббата Сентюра, который нуждается в вашей благосклонной помощи в одном небольшом деле, о которой он Вам расскажет.
Я счастлив, что могу воспользоваться случаем, чтобы выразить Вам, дорогой коллега..."
И он закончил письмо обычными приветствиями.
Написав три письма, он вручил их своему протеже, и тот ушел после бесконечных выражений благодарности.
Господин Марен кончил свои дела, вернулся домой, спокойно провел вечер, мирно спал, утром проснулся в прекрасном настроении и велел подать газеты.
Первая газета, которую он развернул, была органом радикалов. Он прочитал:
"Наше духовенство и наши чиновники.
Злоупотребления духовенства, очевидно, никогда не будет конца. Один священник, на имя Сентюр, уличенный в том, что он был в заговоре против существующего правительства, обвиняемый во многих недостойных поступках, о которых мы предпочитаем не вспоминать, заподозренный в том, что он бывший иезуит, который перекрасився на простого священника, - был отстранен епископом с должности по причинам, которые, как говорят, неудобно разглашать, а затем вызван в Париж, чтобы дать объяснения, - нашел здесь пылкого защитника в лице какого-Марена, государственного советника, который не побоялся дать этому преступнику в сутане настойчивые рекомендательные письма до всех своих коллег, республиканских чиновников. Обращаем внимание министра на недопустимое поведение этого государственного советника..."
Господин Марен вскочил с кровати, оделся и побежал к своему коллеге Петипа, который сказал ему:
- Да вы с ума сошли! Рекомендуете мне этого старого заговорщика.
Растерянный господин Марен забормотал:
- Да нет... видите ли... я был введен в заблуждение... У него был такой порядочный вид... он меня обманул... он меня бессовестно обманул. Прошу вас, осудите его, осудите строго. Я сейчас напишу. Скажите мне, кому надо написать, чтобы его осудили. Я обращусь к генеральному прокурору, к парижского архієпіскопа, так, к архієпіскопа...
И, поспешно сев за стол господина Петипа, он написал:
"Монсиньйор, имею честь довести до сведения Вашего Преосвященства, что я стал жертвой интриг и лжи одного аббата Сентюра, который обманул мое доверие.
Будучи введен в заблуждение уверениям этого священника, я..."
Подписав и запечатав письмо, он обернулся к своему коллеге и заявил:
- Видите, мой дорогой друг, пусть это будет вам уроком, никогда не давайте никому рекомендаций.