Интернет библиотека для школьников
Украинская литература : Библиотека : Современная литература : Биографии : Критика : Энциклопедия : Народное творчество |
Обучение : Рефераты : Школьные сочинения : Произведения : Краткие пересказы : Контрольные вопросы : Крылатые выражения : Словарь |
Библиотека зарубежной литературы > О (фамилия) > о'генри > Комната на чердаке - электронная версия книги

Комната на чердаке - о'генри

О'генри
Комната на чердаке

Сначала миссис Паркер показывает вам квартиру с кабинетом и приемной. Не решаясь прервать ее, вы слушаете, как она описывает выгоды этой квартиры и высокие достоинства джентльмена, который жил в ней целых восемь лет. Наконец находите в себе силы и, заикаясь, признаетесь, что вы не врач и не дантист. Миссис Паркер воспринимает это ваше признание так, что вы навсегда перестаете уважать своих родителей, которые не дали вам профессии, соответствующей кабинета и приемной миссис Паркер.

Затем вы поднимаетесь по лестнице и уже на втором этаже осматриваете квартиру окнами во двор за восемь долларов [15] на неделю. Объяснения, которые дает миссис Паркер на втором этаже, убеждают вас, что эти комнаты стоят всех двенадцати долларов - столько и платил за них мистер Тузенберрі, пока не уехал во Флориду ухаживать апельсиновую плантацию своего брата вблизи Палм-Бич, где проводит каждую зиму и миссис Мак-Інтайр, которая живет в двух комнатах с окнами на улицу, с отдельной ванной. Вы все это слушаете, однако в конце концов набираєтесь мужества пробелькотіти, что хотели бы посмотреть что-то еще дешевле.

Если вы переживете презрение, с которым восприняла это желание миссис Паркер, вас поведут осмотреть большую комнату мистера Скіддера на третьем этаже. Комната мистера Скіддера не сдается внаем. Он просиживает в ней целые дни, пишет пьесы и курит сигареты. Но каждого, кто ищет квартиру, приводят сюда полюбоваться ламбрекенами. После таких посещений мистер Скіддер от страха, что его могут выгнать, конечно отдает часть долга за комнату.

Тогда - о, тогда! - если вы еще держитесь на ногах, сжимая горячей рукой в кармане мокрые от пота три доллара, и хриплым голосом оповіщаєте о свою противную и достойную осуждения бедность, миссис Паркер перестает сопровождать вас. Она громко кричит: "Клара!", поворачивается к вам спиной и идет вниз. После этого Клара, служанка-негритянка, ведет вас по покрытых дорожкой узких, крутых, как корабельный трап, лестнице на четвертый этаж и показывает Комнату на Чердаке. Эта комната площадью семь на восемь футов находится посреди дома. По обе стороны ее находится темные ячейки.

В комнате есть железная кровать, умывальник и стул. Полка правит за стол и шкаф. Четыре голые стены комнаты сходятся над вами, словно крышка гроба. Рука у вас тянется к горлу, вы задыхаетесь, смотрите вверх, как из колодца,- и с облегчением вздыхаете: через небольшое окошко в потолке виднеется квадратик беспредельной синеве.

- Два доллара, сэр,- говорит Клара полупрезрительно, напівпривітно.

Однажды, ища комнату, сюда пришла мисс Лисон. Она тащила на себе пишущую машинку, сделанную из расчета на то, что ее будет носить гораздо тучнее женщина. Мисс Лисон была очень маленькая девушка, а ее глаза и волосы, казалось, еще росли, хоть сама она уже перестала расти, и как будто хотели сказать: "Ой, девочка, почему же ты отстаешь от нас?"

Миссис Паркер показала ей квартиру с кабинетом и приемной. [16]

- В этом шкафу,- говорила она,- вы можете держать скелет, или лекарства, или уголь...

- Да я же не врач и не дантист,- промолвила мисс Лисон, вздрогнув.

Миссис Паркер окинула ее скептическим, полным презрения ледяным взглядом, который она хранила для тех, кто не имел счастья стать врачом или дантистом, и повела ее на второй этаж в квартиру с окнами на двор.

- Восемь долларов? - спросила мисс Лисон.- Нет, ни за что! Я не могу себе этого позволить. Я только бедная девушка, которая сама зарабатывает себе на хлеб. Покажите мне что-нибудь выше, но чтобы цена была ниже.

Когда постучали в дверь мистера Скіддера, он вскочил и окурки разлетелись по полу.

- Извините, мистер Скіддер,- с демонической улыбкой сказала миссис Паркер, заметив, как тот побледнел.- Я не знала, что вы дома. Я пригласила эту женщину посмотреть на ваши ламбрекены.

- Они действительно очень симпатичные,- сказала мисс Лисон, улыбаясь именно так, как это делают ангелы.

Когда они ушли, мистер Скіддер принялся вычеркивать из своей последней (неизданной) пьесы высокую черноволосую героиню и вписывать вместо нее маленькую и озорную, с тяжелыми блестящими косами и оживленным лицом.

- Анна Хелд набросится на эту роль,- сказал про себя мистер Скіддер, задирая ноги вплоть до ламбрекенов и исчезая в целом облаке дыма, словно какая-то воздушная каракатица.

Вскоре оклик "Клара!", что прозвучал как набат, известил мир о состоянии кошелька мисс Лисон. Черный эльф схватил ее, поднял по адских лестнице, бросил в склеп, куда едва проникал где-то сверху тусклый свет, и пробормотал грозные кабалістичні слова: "Два доллара!"

- Я согласна,- вздохнула мисс Лисон, садясь на скрипучее железная кровать.

Мисс Лисон каждый день ходила на работу. Вечером она приносила домой исписанные бумаги и перепечатывала их на своей машинке. Тем вечером у нее не было работы, и тогда она обычно вместе с другими жильцами сидела на ступеньках высокого крыльца. Природа не предназначала мисс Лисон Для комнаты на чердаке. То была веселая, полная нежности и причудливых фантазий девушка. Однажды она позволила мистеру Скіддеру прочитать ей три акты своей великой (неопубликованной) комедии "Это не Ребенок, или Наследник Подземки". [17]

Каждый раз, когда мисс Лисон могла посидеть какую-то часик на ступеньках, мужчин, проживавших в доме, охватывала радость. Но мисс Лонгнекер, высокая блондинка, которая преподавала в городской школе и на все, что только ей говорили, отвечала: "Вот уж, действительно!", садилась на верхней ступени и презрительно сопели. А мисс Дорн, которая работала в универсальном магазине и по воскресеньям ездила на Кони-Айленд стрелять в тире по плывущих уткам, садилась на нижней ступени и тоже недовольно сопели. Мисс Лисон садилась на среднем ступени, и мужчины быстро собирались вокруг нее.

Прежде всего мистер Скіддер, который подумал отвести ей юловну роль в романтической (никому не рассказанной) интимной драме из реальной жизни. И еще мистер Гувер, сорока пяти лет, гладкий, хорошо обеспечен и глупый. И еще очень молодой мистер Ивенс, который нарочно начинал глухо кашлять, чтобы она просила его бросить курить. Мужчины пришли к мысли, что она "очень веселая и компанейская", но сопение на верхнем и нижнем ступеньках было невыносимо.

Позвольте на время приостановить ход нашей драмы, пока Хор подойдет к рампе и прольет елегійну слезу на тучную комплекцию мистера Гувера. Трубы оповестят о том, каким губительным является ожирение, которого заслуживает проклятия неповоротливость, какое это бедствие - гладкость. Попробуйте вникнуть, и вы поймете, что Фальстаф мог бы иметь больше романтики на тонну веса, чем хилый, как обтянутый кожей скелет, Ромео. Любовник имеет право вздыхать, но он не должен пихтіти. Гладкие мужчины обречены танцевать в свите Момуса(1). Напрасно сразится самое верное сердце над п'ятдесятидвохдюймовою талией. Вон, Гувере! Гувер, сорока пяти лет, хорошо обеспечен и глуп, мог бы пленить самую Елену Прекрасную; Гуверові, сорока пяти лет, хорошо обеспеченном, глупому и гладком, суждено было пропасть. Никогда ты не имел никакого шанса на успех, Гувере.

(1) Момус - в греческой мифологии бог насмешки и осуждения.

Одного летнего вечера, когда жильцы миссис Паркер сидели на крыльце, мисс Лисон взглянула на небосвод, тихо, весело засмеялась и воскликнула:

- О, вон там Билли Джексон! Я его и отсюда вижу.

Все посмотрели вверх на окна небоскребов, кто на небо, ища воздушный корабль, что его ведет Джексон.

- Это вон та звезда,- объяснила мисс Лисон, показывая [18] своим маленьким пальчиком.- Не та большая, что мигает, а та у нее, что светит ровным голубым светом. Я вижу его каждую ночь через окно в потолке. Я назвала ту звезду Билли Джексон. .

- Вот уж, действительно! - сказала мисс Лонгнекер.- Я не знала, что вы астроном, мисс Лисон.

- Конечно, - отвечала маленькая наблюдатель звезд,-я знаю не хуже, чем любой из них, какой фасон рукавов будет следующей осенью на Марсе.

- Вот уж, действительно!-сказала мисс Лонгнекер.- Звезда, которую вы упомянули, это Гамма из созвездия Кассиопеи. Она принадлежит к звездам второй величины и проходит через меридиан в...

- О,- сказал очень молодой мистер Ивенс,- я думаю, что Билли Джексон гораздо лучшее имя для этой звезды.

- Конечно,- подтвердил мистер Гувер, пренебрежительно засопівши в сторону мисс Лонгнекер.- Я думаю, мисс Лисон имеет такое же право давать названия звездам, как все эти древние астрономы.

- Вот уж, действительно! - сказала мисс Лонгнекер.

- Интересно, упадет эта звезда? - заметила мисс Дорн.- В воскресенье на Кони-Айленде я попала в девять уток и одного кролика из десяти.

- Отсюда, снизу, он не такой красивый,- сказала мисс Лисон.- Посмотрели бы вы на него из моей комнаты. А вы слышали, что со дна колодца даже днем видно звезды? Ночью моя комната как ствол угольной шахты, и поэтому Билли Джексон, который смотрит из нее, похожий на большую бриллиантовую булавку, что ею Ночь исколола свое кимоно.

Потом настало время, когда мисс Лисон не приносила уже неразборчивые бумаги, чтобы перепечатать их дома. И утром, выходя из дома, она шла не на работу, а ходил из конторы в контору, и ее сердце терзали холодные отказы, которые пересказывали ей наглые молодые посыльные. Так продолжалось долго.

Однажды вечером мисс Лисон устало поднялась на крыльцо дома миссис Паркер - это было именно в то время, когда она обычно возвращалась после обеда в кафе. Но на этот раз она пришла не пообедав.

В вестибюле она встретила мистера Гувера, который решил воспользоваться этой возможностью. Он спросил мисс Лисон, не согласится ли она выйти за него замуж. Его гладкое брюхо нависало на перила. Он попытался взять ее за руку, но она подняла руку и легонько ударила его по щеке. Шаг за шагом она поднималась вверх, хватаясь за перила. [19]

Прошла мимо комнаты мистера Скіддера, где тот красными чернилами вписывал в свою (неприйняту) комедию ремарку для Мертл Делорм (мисс Лисон), которая должна "пройти пируэтом из левой части сцены до того места, где стоит Граф". Наконец она доплентала по покрытых дорожкой крутой лестнице до чердака и открыла дверь своей комнаты. :

У нее не стало сил, чтобы засветить лампу или раздеться. Она упала на железную кровать, и старые пружины даже не прогнулись под весом ее легкого тела. В этой комнате, которая была похожа на ад, мисс Лисон подняла тяжелые веки и улыбнулась.

Потому что ее верный, спокойный и яркий Билли Джексон сиял ей сквозь окно в потолке. Она была оторвана от всего мира. Она погрузилась в глубокую тьму, и только маленький квадрат бледного света облямовував звезду, которую она так хиг мерно, но напрасно назвала. Видимо, мисс Лонгнекер прав: это Гамма в созвездии Кассиопеи, а не Билли Джексон. Но все-таки не хочется соглашаться с тем, что это Гамма.

Лежа на спине, она дважды попыталась поднять руку. На третий раз это ей удалось, она поднесла два худеньких пальцы к губам и из темной ямы послала Билли Джексону поцелуй. Потом ее рука бессильно упала. :

- Прощай, Билли,- еле прошептала она.- Ты за миллионы миль отсюда, и ты даже не блимнеш мне. Но ты светил, и я тебя видела почти все время, когда вокруг не было ничего, кроме тьмы, правда же?.. Миллионы миль... Прощай, Билли Джексон!

На следующее утро в десять часов служанка-негритянка Клара увидела, что дверь мисс Лисон заперты, их сломали. Ни уксус, ни растирания и жженые перья не помогли, и тогда кто-то побежал вызывать по телефону "скорую помощь".

В обозначенное время карета со страшным звоном развернулась возле крыльца, и из нее выскочил энергичный молодой медик в белом халате, уверен, готов действовать, спокойное лицо его было напівжиттерадісне, напівпохмуре.

- В дом сорок девять вызвали карету,- сказал он коротко.- Что случилось?

- Да, да, доктор,- вздохнула миссис Паркер, будто она больше беспокоилась, что в ее доме случилось несчастье. Я не понимаю, что с ней могло произойти. Мы сделали все, что могли, но она все еще не приходит в сознание. Это молодая женщина, мисс Элси - так, какая-то мисс Элси Лисон. Никогда раньше в моем доме... [20]

- Какая комната? - воскликнул врач таким страшным голосом, которого миссис Паркер никогда раньше не слышала.

- Комната на чердаке. Это...

Видимо, врач "скорой помощи" хорошо знал расположение комнат на чердаке. Он побежал вверх по лестнице, прыгая через четыре ступеньки. Миссис Паркер медленно, как того требовала ее достоинство, двинулась следом.

На первой площадке лестницы она встретила врача, который уже возвращался, неся на руках "астронома". Он остановился и тихо сказал несколько слов, острых, как скальпель хирурга. Миссис Паркер медленно изогнулась, словно платье из плотной материи, которая упала с гвоздя. С тех пор она осталась навсегда согнутой и душой, и телом. Случалось, интересные жильцы спрашивали, что сказал ей врач.

- А, пусть ему,- отвечала она.- Если бы мне повезло вымолить прощение за то, что я слушала его, я была бы довольна.

Врач со своей ношей прошел мимо толпы любопытных, которых всегда привлекают всякие зрелища, и даже они, ошарашенные, расступились, ибо вид у врача был такой, будто он прячет самого дорогого человека.

Они заметили, что врач не положил тело, которое нес на носилки, а только сказал шоферу: "Гони вовсю, Уилсон!"

Вот и все. Получилось ли у меня рассказ? На второй день в утренней газете я увидел маленькую заметку, и ее последние слова, возможно, помогут вам (как помогли мне) связать все события.

В заметке сообщалось, что из дома сорок девять по Восточной улице... в больницу Беллвю привезли молодую женщину, чрезвычайно истощенную длительным голоданием. Заметка кончалась словами:

"Доктор Уильям Джексон, врач "скорой помощи", которого вызвали к больной, утверждает, что она выздоровеет".